Детская онкология — одна из самых чувствительных и сложных сфер здравоохранения, где цена любого сбоя измеряется не отчетами, а человеческими жизнями. Бесплатные анализы, бесперебойные поставки жизненно важных лекарств, своевременная доставка крови, поддержка родителей и строительство пансиона для семей из регионов — именно эти вопросы оказались в центре внимания после визита главы Минздрава в отделение детской онкологии при НЦОМиД.
О том, какие поручения уже выполнены, какие проблемы удалось снять, а какие решения еще требуют времени и финансирования, рассказал заведующий отделением детской онкологии НЦОМиД Султан Стамбеков.
— Глава Минздрава посетил отделение детской онкологии и дал ряд поручений. Одно из ключевых — улучшение работы лабораторной службы и доступности анализов. Что изменилось на практике?
— Речь шла о конкретных исследованиях, в частности о С-реактивном белке и прокальцитонине. Ранее эти анализы у нас были, но с перебоями — во многом мы обеспечивали их за счет спонсорской помощи. После визита министра работа в этом направлении была оперативно усилена. Сегодня эти анализы проводятся бесперебойно и бесплатно для всех детей.
— Поднимался и вопрос логистики компонентов крови. Как сейчас организована их доставка?
— Мы используем все доступные и разрешенные способы. При заранее оформленной заявке перевозка осуществляется на нашей машине скорой помощи. Мы разработали четкий регламент: один раз в день машина скорой помощи выезжает за компонентами крови и доставляет их в отделение. Это самый безопасный и юридически выверенный вариант.
— Почему нельзя организовать отдельную машину для экстренных случаев?
— Для этого НЦОМиД должен приобрести автомобиль, открыть штатную единицу водителя и нести полную ответственность за перевозку. Если человек не является сотрудником учреждения, в случае аварии или другого ЧП вся ответственность ложится на больницу. В таких условиях это юридически невозможно. Поэтому мы выбрали наиболее приемлемый и безопасный путь — перевозку на машине скорой помощи.
— Один из болезненных вопросов — питание родителей, которые круглосуточно находятся с детьми. Есть ли подвижки?
— Этот вопрос прорабатывается. Он напрямую связан с финансированием и решается через Министерство финансов. Как только будет определен источник финансирования, вопрос питания родителей будет закрыт.
— Во время визита министра обсуждалось и строительство пансиона для родителей из регионов. На какой стадии проект?
— Это совместный проект с первыми лицами государства. Он был подготовлен и утвержден еще в прошлом году, сейчас идет этап детальной проработки.
Пансион крайне необходим, чтобы дети в межцикловой период лечения не уезжали в регионы, где резко возрастает риск осложнений и утраты медицинского контроля. Это своевременная и очень важная инициатива.
— Хватает ли сегодня коек в отделении?
— Иногда возникают кратковременные пиковые нагрузки — например, после новогодних праздников, когда пациенты обращаются одномоментно. Это нормальная ситуация. Никто из детей не пострадал, все были приняты и пролечены в штатном режиме.
— Растет ли число детей с онкологическими заболеваниями?
— Растет выявляемость. Если 4–5 лет назад регистрировалось 120–150 случаев в год, то сегодня — более 200. Это результат улучшения работы первичного звена, повышения настороженности врачей и осведомленности родителей.
— Было много нареканий в адрес ГУ «Кыргызфармация» из-за задержек с поставками жизненно необходимых препаратов. Как сейчас обстоят дела?
— У нас состоялась рабочая встреча с представителями Министерства здравоохранения и «Кыргызфармации». Практически все вопросы были решены в течение двух недель, и необходимые препараты поступили в отделение.
На 2026 год заявка подана заранее. Поставки ожидаем во второй половине года, а на текущий момент у нас есть запас лекарств, закупленных ранее.
— То есть сейчас дефицита препаратов нет?
— Я бы сказал, что большинство препаратов у нас есть. Отдельные сложности возникают только в тех случаях, когда конкретных лекарств нет у производителей. Препараты первой линии в основном обеспечены.
Вторая линия лечения — это уже высокозатратные технологии. Эти препараты крайне дорогие, и во всем мире они зачастую не субсидируются государством в полном объеме.
