Авторская рубрика заслуженного деятеля культуры Кыргызской Республики, вице-президента Иссык-Кульского форума имени Чингиза Айтматова Ассоль Молдокматовой
Интервью-посвящение памяти легендарного актёра…
Сегодня Кэри-Хироюки Тагавы уже нет рядом с нами. Но остались его фильмы, философия, голос и удивительная глубина человека, который понимал: главное в жизни — сохранить душу и человечность.
Светлая память великому актёру и человеку большой внутренней силы…
С Кэри-Хироюки Тагавой мы познакомились 14 лет назад в Нью-Йорке на международном конкурсе, где мне выпала честь получить награду из его рук.
Помню этот день особенно ярко. Несмотря на мировую известность и статус звезды Голливуда, в нём не было ни высокомерия, ни холодности. Он производил впечатление человека глубокой внутренней культуры, интеллигентности и редкой душевной тонкости.
За весь период творческого пути мы встречались четыре раза, и каждая встреча оставляла особое впечатление. Он всегда был очень внимательным, уважительным и удивительно светлым человеком. Умел слушать, чувствовать собеседника и говорить не только о кино, но и о душе человека, боли, духовности и предназначении.
Для меня Кэри-Хироюки Тагава навсегда останется человеком света, мудрости и внутреннего достоинства.
— Кэри, несмотря на мировую известность, сложные роли и огромный жизненный путь, в вас всегда чувствовались спокойствие и внутренний свет. Скажите, что помогает человеку сохранить любовь к жизни и не потерять себя в этом непростом мире?
— Мне кажется, самое важное — не позволить миру сделать своё сердце холодным. Жизнь неизбежно приносит боль, разочарования, потери, предательство, но человек не должен терять способность чувствовать, любить, восхищаться простыми вещами.
С возрастом я понял: счастье не в славе, не в деньгах и не в успехе. Счастье — это когда ты просыпаешься утром и у тебя есть желание жить дальше, благодарить, творить, говорить добрые слова людям.
Очень важно сохранять в себе внутренний свет. Потому что мир сегодня переполнен тревогой, агрессией и суетой. И если человек сам не станет источником света, тепла и человечности, никакой успех не сделает его по-настоящему счастливым.
Иногда для счастья достаточно услышать тишину, увидеть небо, обнять близкого человека или просто почувствовать благодарность за ещё один прожитый день. Именно в такие моменты человек понимает настоящую ценность жизни.
— Кэри, многие ваши роли наполнены внутренней болью, одиночеством и философией борьбы человека с самим собой. Как вы считаете, именно детство формирует глубину личности? И были ли в вашей жизни моменты, которые особенно повлияли на ваше становление как человека и актёра?
— Моё детство нельзя назвать простым. Я с ранних лет начал понимать, насколько мир бывает сложным и противоречивым. Когда ты растёшь между разными культурами, традициями и взглядами, очень рано начинаешь искать своё место в жизни и задавать себе вопросы: кто ты на самом деле и зачем пришёл в этот мир. Думаю, именно детство формирует внутренний стержень человека. Все наши страхи, комплексы, сила, ранимость — многое идёт именно оттуда. Я рано понял, что человеку важно не ожесточиться, даже если жизнь делает тебе больно.
— Что больше всего повлияло на ваше становление как личности и актёра?
— Большую роль в моём становлении сыграли дисциплина, уважение к старшим и восточная философия. Меня учили сдержанности, внутреннему достоинству и уважению к людям. Но одновременно я видел и другую сторону жизни — одиночество, борьбу, необходимость постоянно доказывать своё право быть услышанным. Наверное, поэтому в моих ролях всегда много внутренней боли и глубины. Я никогда не играл персонажей поверхностно, потому что слишком хорошо знаю: за каждым человеком скрывается целая история переживаний, страхов и надежд. И ещё я очень рано понял одну важную вещь: человека делает сильным не успех, а испытания, через которые он проходит и при этом не теряет человечность.
— Вы часто играли сложных и порой жестоких персонажей. Как вам удавалось настолько глубоко понимать человеческую тьму?
— Потому что тьма есть в каждом человеке. Только одни честны перед собой, а другие прячутся за масками. Мне никогда не было интересно играть просто зло. Мне было важно понять боль человека: почему он стал жестоким, кто однажды не услышал его, в какой момент его сердце закрылось. Иногда самые холодные люди — это те, кого когда-то очень сильно ранили.
— Миллионы зрителей по всему миру помнят вас по роли Шан Цзуна в «Мортал Комбат». Почему, на ваш взгляд, этот персонаж стал культовым?
— Потому что Шан Цзун — это не просто злодей, а символ искушения властью. Людей всегда привлекают персонажи, которые показывают тёмную сторону человеческой природы. Но для меня было важно показать не карикатурное зло, а внутреннюю силу, интеллект и трагедию человека, который потерял душу в погоне за властью. Многие зрители видели только внешнюю сторону роли, но я всегда пытался играть глубже — через психологию персонажа.
— В фильме «Последний император» вы работали с великим режиссёром Бернардо Бертолуччи. Что дал вам этот фильм?
— Этот фильм научил меня тишине в актёрской игре. Бертолуччи умел чувствовать не только слова, но и паузы, взгляды, внутреннее состояние человека. «Последний император» — это история о власти, одиночестве и хрупкости человеческой судьбы. Когда человек оказывается слишком высоко, он часто становится очень одиноким.
— Ваш герой в «Мемуарах гейши» был совершенно другим — более тонким и драматичным. Насколько вам близки такие роли?
— Очень близки. Потому что настоящая сила актёра — уметь играть не только агрессию, но и внутреннюю боль, молчание, чувства. Восточная культура вообще очень глубокая. Там многое скрыто между строк, и иногда один взгляд может сказать больше, чем длинный монолог.
— В фильме «Теккен» и других боевых картинах вы играли сильных и опасных мужчин. Как вы относитесь к современному кино, где так много жестокости?
— Меня всегда интересовало не насилие само по себе, а причины, почему человек становится жестоким. Если в фильме есть только драки и агрессия без внутреннего смысла — это быстро забывается. Настоящее кино должно заставлять человека думать и чувствовать. Искусство не должно опускать душу человека вниз.
— Вы снимались в «Планете обезьян», «Хатико», «47 ронинах». Есть ли роль, которую вы считаете самой личной для себя?
— Наверное, каждая роль оставляет часть тебя внутри. Но с возрастом начинаешь особенно ценить роли, где есть философия, человечность и внутренняя глубина. Сегодня мне уже неинтересно играть просто ради славы. Мне важно, чтобы после фильма у зрителя оставалось ощущение света или важных размышлений о жизни.
— Голливуд — это мир мечты или мир одиночества?
— Очень часто — мир одиночества. Люди думают, что известность автоматически делает человека счастливым, но это большая иллюзия. Можно стоять на красной дорожке, слышать аплодисменты, жить в роскошном доме и при этом чувствовать абсолютную пустоту внутри. Потому что душу невозможно заполнить славой. Душе нужны любовь, смысл и настоящие люди рядом.
— Были ли в вашей жизни периоды внутреннего кризиса?
— Да. И именно они научили меня самому главному. Когда человек проходит через боль, он либо ожесточается, либо становится мудрее. Боль — очень жёсткий учитель, но именно она снимает маски. После тяжёлых испытаний начинаешь иначе смотреть на мир и по-настоящему ценить простые вещи: здоровье, искренность, человеческое тепло.
— Кэри, в мире, где так много боли, предательства, войн и одиночества, люди всё чаще теряют веру. Скажите, что для вас Бог? Это религия, энергия, судьба или нечто гораздо большее?
— Для меня Бог — это не страх и не наказание. Бог — это то, что остаётся внутри человека, когда исчезают деньги, слава, статус и все маски. Я встречал людей, которые много говорили о вере, но в их сердце не было любви, и встречал тех, кто молчал о религии, но своим состраданием был ближе к Богу, чем многие проповедники. Мне кажется, Бог живёт в способности человека оставаться человеком даже в самые тёмные периоды жизни: когда тебе больно, но ты всё равно не причиняешь боль другим; когда тебя предали, но ты не превращаешься в жестокого человека; когда у тебя есть власть, но ты сохраняешь милосердие.
С возрастом я понял: Бог — это не только храм. Бог — это совесть, внутренняя тишина и чувство света внутри души. Иногда человек может стоять в церкви и быть очень далёким от Бога, а иногда — просто молча помочь другому человеку и именно в этот момент прикоснуться к чему-то Божественному. Мне кажется, самая большая трагедия современного мира в том, что люди начали терять связь не только друг с другом, но и со своей душой. Они перестали слышать внутренний голос, а ведь именно через него с человеком говорит Бог. И чем старше я становлюсь, тем больше понимаю: в конце жизни человек будет помнить не свои победы, деньги или славу, а сколько любви он отдал людям и сколько света оставил после себя.
— Кэри, вы бы хотели когда-нибудь снять фильм о Центральной Азии или Кыргызстане?
— Да, потому что в Кыргызстане удивительная энергетика и очень сильная связь людей с природой, традициями и предками. Это то, что сегодня постепенно теряет современный мир. Когда я слышу о Кыргызстане, я думаю о горах, свободе духа, мудрости старшего поколения и людях с глубоким внутренним достоинством. У вас сохранилось уважение к корням, а это огромная ценность.
— Что вас особенно впечатлило в кыргызском народе?
— Гостеприимство и уважение к старшим. Это очень чувствуется. В некоторых странах люди становятся всё более холодными и отдалёнными друг от друга, а в Кыргызстане ещё сохраняется человеческое тепло. И это намного важнее технологий, роскоши или внешнего успеха. Народ жив до тех пор, пока живы его традиции, память и уважение к семье.
— Как вы считаете, почему сегодня миру так важно сохранять культуру и духовные корни?
— Потому что без культуры человек теряет свою душу. Когда люди забывают свои традиции, язык, историю предков — они становятся внутренне пустыми. Современный мир очень быстрый, но человеку всё равно нужен внутренний стержень. И именно культура помогает не потерять себя.
— Что такое настоящая сила мужчины?
— Настоящая сила — это не способность побеждать других, а способность победить самого себя: свой страх, свою гордыню, свою злость. Сильный мужчина никогда не унижает слабого. Наоборот — он становится опорой для других людей.
— Почему современный мир стал таким жёстким?
— Потому что люди перестали слышать друг друга. Все говорят, но почти никто не слушает. Мы живём в эпоху огромного количества информации и катастрофического дефицита душевного тепла. Люди стали бояться быть искренними, а без искренности душа начинает умирать.
— Что вас сегодня пугает больше всего?
— Духовная пустота. Когда человек перестаёт чувствовать сострадание. Технологии развиваются быстрее, чем человеческое сердце, и это очень опасно.
— Вы боитесь смерти?
— Нет. Я боюсь прожить жизнь бессмысленно. Боюсь однажды понять, что не успел сказать важные слова, не успел кого-то обнять, поддержать или простить. Жизнь очень короткая, и мы слишком часто тратим её на ненужные обиды и гордыню.
— Что бы вы хотели сказать молодому поколению?
— Не гонитесь только за успехом. Учитесь сохранять душу. Читайте книги, учитесь чувствовать искусство, развивайте сердце и никогда не позволяйте миру сделать вас холодными.
— Кэри, что для вас счастье?
— Счастье — это внутренний покой. Когда тебе не нужно играть роли в обычной жизни. Когда рядом есть люди, с которыми можно молчать. Когда сердце спокойно и вечером ты понимаешь: сегодня ты никого не предал… даже самого себя.
Интервью вела заслуженный деятель культуры Кыргызской Республики, вице-президент Иссык-Кульского форума имени Чингиза Айтматова Ассоль Молдокматова
