Авторская рубрика «Лидеры мира» заслуженного деятеля культуры Кыргызской Республики, вице-президента Иссык-Кульского форума имени Ч. Айтматова, вице-президента Международного содружества народной дипломатии Ассоль Молдокматовой.
Сегодня героиня моего выпуска «Лидеры мира» — легендарная спортсменка, одна из сильнейших женщин в истории смешанных единоборств, чемпионка UFC Валентина Шевченко.
Мы знакомы много лет. И, пожалуй, именно поэтому мне хотелось, чтобы этот разговор получился не столько о титулах, поясах и рейтингах, сколько о человеке, который стоит за всем этим. Я безгранично восхищаюсь Валентиной. За эти годы вокруг нее изменилось практически все: страны, арены, масштаб боев, популярность, мировое признание. Но удивительным образом не изменилось главное — сама Валя. Та же простота в общении, внутренняя собранность, уважение к людям, преданность семье и тренеру, любовь к Кыргызстану.
Мне хотелось понять: что чувствует человек, который годами находится на вершине? Как не потерять себя, когда тебя знает весь спортивный мир? Что происходит внутри чемпионки после того, как гаснет свет арены? Можно ли десятилетиями находиться в жесточайшем профессиональном спорте и сохранить мягкость, человечность, способность ценить дружбу и близких?
— Валечка, вас всегда видят символом силы. Но что испытывает чемпионка, когда гаснут лампы, заканчивается бой, вы сходите с октагона? Что остается внутри?
— На самом деле ответ на этот вопрос поэтапный. Подготовка к бою вводит меня в особый режим: я полностью сфокусирована, практически отсутствуют посторонние эмоции и чувства. Я выхожу на бой как на мини-сражение, в котором должна продемонстрировать лучшие, самые выносливые и достойные качества своего характера. Когда бой заканчивается, мою руку поднимают, мы возвращаемся в гостиницу, но адреналин не исчезает мгновенно — он остается во мне еще примерно два дня. Наверное, самая сложная — первая неделя после боя. Организм настолько привык существовать в режиме нон-стоп, выдерживать постоянную физическую и ментальную нагрузку, что, когда внезапно все заканчивается, он просто не понимает, что происходит. Меняется сон, меняется режим. Внешне все спокойно, но внутри еще остается напряжение боя. И только примерно через неделю начинаешь действительно осознавать: я выиграла, все закончилось, все хорошо, теперь можно отдохнуть. Причем после победы у меня нет какой-то чрезмерной эйфории. Скорее появляется спокойствие: я выполнила свою задачу, и на душе хорошо.
— Для того чтобы стать чемпионкой, что важнее: талант, дисциплина, настойчивость или терпение?
— Все вместе. Если какого-то качества не хватает, его в принципе можно компенсировать другими. Но когда все находится в балансе и гармонии, тогда появляются действительно хорошие результаты. И я бы обязательно добавила еще один фактор — профессионального тренера. Не просто человека, который знает свою работу, а тренера, который чувствует своего ученика, своего бойца, способен одной маленькой деталью исправить глобальные вещи и привести спортсмена к победе. Я очень благодарна судьбе за то, что в моей жизни есть Павел Федотов. Он ведет меня к вершинам. У него тренерское качество присутствует от природы.
— С Павлом Федотовым мы знакомы много лет, когда-то даже работали на одном телеканале. И я смотрю сегодня на вас обоих и понимаю: время словно не изменило ни вас, ни Павла. Сохранились простота, добродушие, великодушие, внутренний свет. Как в достаточно жестком мире большого спорта удалось сохранить эти качества?
— В моем случае все достаточно просто. Когда возникают вопросы, становится трудно или мне нужен совет, рядом всегда есть люди, к которым я могу обратиться. Павел — очень мудрый человек, он невероятно много знает и всегда поможет. Есть мама. Есть сестра, которая является опорой всей моей жизни и всегда была рядом. Их присутствие и поддержка действительно очень помогают. Но в целом я считаю: неважно, насколько высоко человек поднялся и где находится, человеческие качества должны сохраняться. Для меня очень важно чувство дружбы. То, что считаешь достойным, нельзя менять ни на какие обстоятельства. Если твой друг оказался в беде и нуждается в помощи, ты должен помочь. Современный мир немного меняет приоритеты. Например, сейчас очень часто повторяют фразу: «Люби себя». Мне она немного чужда. Я бы заменила ее на: «Уважай себя. Люби мир». Потому что в формуле «люби себя» иногда появляется что-то эгоистичное. Мне кажется, существуют вещи гораздо выше подобных лозунгов.
— Вы упомянули маму и сестру. Елена Аркадьевна — сама спортсменка, человек невероятно стойкий и спокойный. Наверняка именно она заложила многие ваши духовные принципы. Как воспитывали вас с Антониной? Ведь между сестрами часто возникает конкуренция. Было ли такое у вас?
— В нашей семье сложилось иначе. Мы обе — я и Антонина — начали заниматься спортом очень рано. Я пришла в спорт в пять лет. Антонина старше меня и, естественно, начала первой. Мама сама спортсменка, у нее черный пояс по тхэквондо, она президент Федерации тайского бокса. Именно мама определила нас на занятия спортом. Мы начали заниматься тхэквондо, а там присутствует философия восточных единоборств. Это не просто физические упражнения — это уважение к тренеру, к старшим, к более опытным членам команды. И Кыргызстан сам по себе воспитывает такое отношение. Наша культура во многом держится на уважении к старшим. Я убеждена, что кыргызскую культуру необходимо сохранять, беречь и передавать из поколения в поколение, потому что в ней заложено очень многое. Уважение — одно из главных качеств. Поэтому между нами с Антониной никогда не было настоящей конкуренции. Она старше и всегда меня оберегала, на соревнованиях следила, чтобы со мной ничего не произошло, помогала на тренировках. Если я чего-то не понимала — объясняла, делала все, чтобы я становилась лучше. А когда мы начали ездить на международные соревнования, практически всегда были вместе. Эта опора друг на друга настолько нас сплотила, что места для соперничества просто не осталось.
— Жизнь очень часто меняет людей, особенно когда человек оказывается в мире большой славы, денег и популярности. Валя, я знаю вас много лет: какой вы были тогда, такой вижу вас и сегодня. Что помогло сохранить внутренний мир?
— Думаю, многое зависит от образа жизни и людей, которые находятся рядом. Для меня важно оставаться собой. Не нужно пытаться соответствовать образу, который придумали другие. Если ситуация требует от меня силы — я сильная. Если необходимо проявить характер — проявляю. Но я не обязана переносить эту жесткость в обычную жизнь. Наверное, поэтому все происходит естественно.
— Несколько поколений спортсменов успели прийти в спорт и завершить карьеру, а вы продолжаете оставаться на пике. Сегодня особенно много говорят о возрасте спортсменов. Где для вас находится этот предел?
— Неважно, какого человек возраста. Если он правильно следит за питанием, режимом тренировок, восстановлением и сном, молодость может сохраняться очень долго. Самая первая ошибка — допустить в сознание мысль о том, что существует какой-то обязательный возрастной лимит. Общество начинает говорить: «После этого возраста тебе будет тяжело драться». И если человек принимает эту мысль, она начинает воздействовать на него. Ее нужно сразу выбросить. Для меня нет такого понятия, как возраст. Если тело уже не может — тогда да. Но если в любом возрасте ты чувствуешь, что никто не может с тобой сравниться, никто не может тебя победить, значит, ты все делаешь правильно. Именно так я сейчас себя чувствую. Я занимаюсь единоборствами 33 года, всю жизнь нахожусь в спорте. За мою карьеру сменилось уже три-четыре поколения бойцов. Я видела, как спортсмены появлялись, росли, взлетали на вершину, достигали пика, затем завершали карьеру. После них приходило следующее поколение, потом еще одно. А я все равно остаюсь на пике, потому что знаю, как правильно сохранять баланс между напряжением и отдыхом, чтобы продлить свою спортивную жизнь максимально долго. Не нужно слушать, что говорят в интернете или где-либо еще. Только вы чувствуете себя. Ваше внутреннее состояние — ваш главный индикатор: хотите вы продолжать или действительно пришло время остановиться.
— За пределами Октагона Валентине Шевченко знакомо одиночество?
— Я счастлива сказать, что именно в таком понимании этого слова — нет. У меня прекрасные друзья, прекрасная команда. Они всегда поддерживают меня и находятся рядом. Даже когда между нами огромное расстояние, я чувствую их присутствие. Я очень ценю и благодарна за то, что мое окружение — это люди, с которыми мы на одной волне. В моем близком кругу нет людей, чуждых мне по духу. Мы — одна команда. Они поддерживают меня и дают энергию для движения вперед. Поэтому настоящего чувства одиночества в моей жизни нет.
— Когда вы прибыли в Америку, это был практически период первопроходцев. Вы стали одной из тех, кто вошел в этот мир, адаптировался, победил и прославил Кыргызстан. Чем Валентина Шевченко того периода отличается от сегодняшней?
— Когда состоялся мой первый бой в UFC, я уже была 17-кратной чемпионкой мира по тайскому боксу. А первый титул чемпионки мира по MMA я завоевала еще в 2003 году в Южной Корее. Я дралась против кореянки и победила ее у нее дома. В то время практически ни одна девушка еще не выступала профессионально в MMA. Сейчас часто говорят о Ронде Роузи, Джине Карано как о первых женщинах в этом спорте. Возможно, они действительно стали первыми громкими именами именно в Америке, потому что начинали там и получили большую огласку. Но в 2003 году они еще не занимались профессиональной карьерой в MMA, они пришли позже. Мне сложно назвать свой путь тяжелым, потому что мне было интересно. Это было мое. Когда любишь дело, понимаешь, что это твоя жизнь, и действительно занимаешься тем, что нравится, трудности перестают восприниматься как препятствия. Мы очень много путешествовали, постоянно ездили на соревнования, жили в разных странах. Почти восемь лет прожили в Латинской Америке, в Перу, в том числе в джунглях Амазонки. Это было невероятно захватывающе, настоящее приключение. Но спорт всегда оставался номером один. Все остальное находилось после него.
— Можно сказать, что к UFC вы пришли уже после огромного самостоятельного пути?
— Именно. Я очень благодарна за то, что мой путь сложился таким образом, потому что мне ничего не досталось просто так. Сегодня я вижу бойцов, которые проводят пять-семь боев и уже получают контракт с UFC. У меня был совсем другой путь. Мне пришлось пройти длинную дорогу, узнать спортивный мир изнутри, понять, как работают разные промоушены. Я дралась в Таиланде, много раз выступала в Китае. Происходили самые разные ситуации — курьезные и действительно опасные. Я все это видела и именно поэтому умею ценить то, что имею сегодня. UFC — организация высочайшего мирового уровня. Люди там работают невероятно профессионально, все действует буквально как часы — от начала до конца. Они действительно заботятся о спортсменах. И я могу это оценить именно потому, что видела множество других организаций, в которых даже близко не было того уровня, который существует сегодня в UFC.
— Почему одни спортсмены начинают очень ярко, стремительно поднимаются — и так же быстро исчезают? А вы остаетесь на вершине десятилетиями?
— Здесь очень много факторов: характер самого спортсмена, тренер, дисциплина, отношение к успеху. Очень опасна гордыня. Когда человек начинает думать, что он уже всего достиг и является самым великим на свете, жизнь в определенный момент обязательно показывает, что это не так. Иногда это очень больно. Некоторые после этого ломаются и уже не могут перебороть себя, чтобы фактически начать заново. Конечно, необходима дисциплина. Я ложусь спать в десять вечера, рано встаю, не хожу постоянно на вечеринки, не пью, не курю. Но я не воспринимаю это как жертву. Это моя жизнь, мой ритм, я такая. Этот режим выстраивался годами и работает для меня. При этом невероятно важен баланс. Молодому спортсмену необходимо много тренироваться, набирать форму, изучать технику и стратегию, много спарринговаться, видеть разных соперников. Но некоторые пытаются искусственно ускорить процесс, загоняют себя и в результате выгорают. Они не умеют восстанавливаться, иногда даже чувствуют себя виноватыми за то, что отдыхают. Это неправильно. Отдых так же важен, как тренировка. Если тело не восстановилось и не готово к следующему испытанию, однажды оно просто физически не выдержит. Отсюда травмы, операции, и в какой-то момент человек уже не способен продолжать. Поэтому баланс должен быть выстроен очень точно. И здесь огромная ответственность тренера: не загнать спортсмена до предела, чтобы тот ярко выступил три года и закончился, а подготовить его к длинной дистанции. Спортсмен должен создать фундамент и идти вперед мощно, спокойно, последовательно — как могучий океан. Океан не спешит и не останавливается. Он движется вперед, а его волны обладают огромной силой. Мне кажется, именно так и должен идти спортсмен: мощно, спокойно, тихо — как океан.
— Миллионы людей видят ваши тренировки. Но бывают дни, когда Валентине Шевченко просто не хочется тренироваться? Хочется пропустить пробежку, расслабиться и ничего не делать?
— Конечно, такие моменты бывают. Главное — научиться понимать разницу между ленью и настоящей усталостью. Иногда это просто лень, а лень нужно перебарывать. Она никогда ни к чему хорошему не приводила. Если понимаю, что мне просто лень, все равно иду в зал, начинаю понемногу растягиваться, разогреваться, и в какой-то момент во время тренировки все словно открывается — появляется энергия, и я уже полноценно работаю. Но бывает другое состояние, когда тело действительно говорит: «Мне нужен отдых». Тогда я понимаю: нет, это не лень, организму действительно необходимо восстановиться.
— Перезагрузка?
— Да. Именно перезагрузка. И очень важно научиться чувствовать эту разницу.
— Валя, мы говорили о том, что несколько поколений спортсменов уже сменилось, а вы продолжаете оставаться на пике. Если посмотреть шире: что необходимо сделать, чтобы воспитывать чемпионов? Что определяет появление спортсмена мирового уровня?
— Я думаю, прежде всего необходим правильный подход к тренировкам, правильное ведение боя и, конечно, опыт. В моем случае огромную роль сыграло то, что мы много путешествуем и тренируемся в разных залах. Я работаю с различными спарринг-партнерами, сталкиваюсь с огромным количеством техник и школ со всего мира. Благодаря этому для меня практически нет секретов в том, как может вести себя тот или иной соперник. Ты должен видеть разные стили, понимать их, уметь перестраиваться. И, конечно, огромное значение имеет правильное видение тренера. От этого зависит очень многое.
— Сегодня ММА в Кыргызстане получает совершенно иной масштаб. Насколько, на ваш взгляд, важна системная поддержка этого вида спорта?
— Я очень рада, что сейчас в Кыргызстане развивается Ассоциация ММА. Я считаю, что при мощной поддержке государства этот вид спорта у нас может просто взлететь. Я всегда говорила и продолжу говорить: Кыргызстан — страна, которой особенно близки контактные единоборства. ММА, бокс, борьба, восточные виды единоборств — все это всегда вызывало огромный интерес. Я помню первые турниры по панкратиону, сколько людей приходило их смотреть. Помню, какие у нас проводились турниры по кикбоксингу. Это было не просто спортивное соревнование — это было настоящее шоу, большое событие, праздник. И я могу сказать: по своей атмосфере турниры, которые проходили у нас много лет назад, были невероятными.
Мне кажется, у кыргызстанцев вообще существует особое внутреннее чувство единоборств. Наши люди соревновательные, многие с детства занимаются спортом, хотят выступать, хотят побеждать. И это очень важно. Я считаю, именно в этом заложен огромный потенциал будущих побед.
— Тогда почему при таком потенциале наших бойцов пока не так много, например, в UFC?
— Потому что путь, который необходимо пройти спортсмену из Кыргызстана, гораздо длиннее, чем путь бойца из той же Америки или Бразилии. Как я уже говорила, там спортсмен иногда имеет рекорд 5:0 — и уже получает контракт. Нам же приходится совершить большой круг по всему миру, прежде чем нас заметят и увидят. Нужно выступать в разных странах, разных организациях, постоянно доказывать свой уровень. Но Кыргызстан уже очень серьезно представлен в мировом спорте. Сейчас у нас четыре бойца в UFC, было пять вместе с моей сестрой. У нас есть чемпионы ONE Championship, RIZIN, чемпионы других международных промоушенов. Поэтому Кыргызстан уже находится на высоком уровне. Мы уже страна чемпионов.
— Прежде всего во многом благодаря вам. Но чемпионская карьера все равно имеет начало и когда-нибудь имеет завершение. В большой спорт важно красиво войти и так же достойно из него выйти. Если представить Валентину Шевченко через несколько лет, после завершения профессиональной карьеры, в чем будет ее новая реализация?
— Я совершенно стараюсь избегать темы завершения карьеры. У меня такая философия: огромную роль играет сила мысли. Как только человек видит перед собой конечную точку, он уже начинает плавно двигаться к этой точке. Он идет уже не вверх — он понемногу начинает идти вниз. Поэтому я не хочу сейчас создавать эту точку. Я предпочитаю быть сфокусированной на настоящем, продолжать тренироваться, выступать, двигаться вперед до того момента, пока что-то не произойдет и сама жизнь не скажет: «Все, хватит».
— А если я сейчас сделаю вам другое предложение: сниматься в серии фильмов?
— Я только за! Я очень рада таким предложениям. Просто сейчас в моей жизни настолько много спорта, что съемки приходится ограничивать. Пока у меня два фильма. Первый — с Холли Берри, для которой эта картина стала дебютной режиссерской работой. Второй — с Крисом Праттом. Там моя роль небольшая, потому что во время съемок я как раз находилась в подготовке к бою против китаянки. Я играю агента, который помогает главному герою. Мне кино очень интересно, и если в будущем будет возможность больше сниматься, конечно, я буду только рада.
— Я вижу ваши очень теплые отношения с Холли Берри. Она трепетно к вам относится, приходит на ваши бои, искренне радуется вашим победам. И здесь мне хочется поговорить о другой стороне большого спорта. Женская конкуренция, зависть, соперничество — ведь ваши оппонентки непростые люди и сильнейшие спортсменки мира. Как складываются отношения за пределами октагона? Есть соперницы, с которыми вы смогли подружиться, и те, с кем вообще невозможно найти общий язык?
— Примерно так и происходит. Более дружеские отношения у меня обычно складываются с бойцами, с которыми мы теоретически никогда не встретимся в октагоне: они выступают либо в более легкой, либо в более тяжелой весовой категории. Если же я понимаю, что человек потенциально может стать моей соперницей, естественно, большого сближения я не допускаю. В целом среди бойцов у меня не так много близких друзей, потому что этот вид спорта накладывает определенный отпечаток. Никогда не знаешь, что произойдет через год, два или три. Сегодня вы тренируетесь вместе, а завтра вам придется выйти в октагон и противостоять друг другу.
Для некоторых спортсменов это совершенно нормально: сегодня мы друзья и тренируемся вместе, завтра выйдем и будем драться. Я отношусь к этому иначе. Для меня дружба — это дружба. Мне нравятся примеры Алджамейна Стерлинга и Мераба Двалишвили, Ислама Махачева и его команды. Они показывают, что дружеские ценности могут стоять выше коммерческого интереса. Да, профессиональный спорт приносит большие деньги. Да, публика, возможно, хочет увидеть определенный поединок. Но существуют вещи, которые для человека должны быть выше этого. Я считаю это очень правильным и важным примером, особенно для современной молодежи. Уважение к людям, к дружбе, ко всему, чем ты занимаешься, нельзя терять.
— Мы заговорили о том, как сохранять себя. Бывали ли в вашей жизни моменты, когда мировая слава, победы, признание рождали гордыню? Или воспитание каждый раз становилось тем внутренним «звоночком», который возвращал на землю?
— Нет. С одной стороны — воспитание, с другой — тренер Павел. Плюс, я думаю, этому способствует сам образ жизни, который я веду. Когда мы приезжаем в Кыргызстан, мне невероятно приятно. Это моя Родина, великолепное место. Какая у нас природа, какие замечательные, добрые, душевные люди! Здесь я действительно отдыхаю душой. Конечно, проходят встречи, мероприятия, вокруг много внимания — и это тоже очень приятно. Но моя обычная жизнь устроена несколько иначе. Я люблю путешествовать. Например, после боя мы совершили целую серию путешествий — и на машине, и на лодке.
— Я знаю, что ваши путешествия на лодке — это совсем не обычная туристическая прогулка. Вы можете проводить там недели и даже месяцы?
— Да. Иногда мы живем на лодке месяц или даже два. Она находится в Пьюджет-Саунде, в штате Вашингтон. Это огромная система заливов с соленой водой, практически целое море. Там можно встретить орок, китов, они подходят достаточно близко к берегу, и каждый раз, когда выходишь на воду, существует шанс увидеть их. Мы рыбачим — ловим лосося, креветок, крабов. Все, что поймали, сразу готовим прямо на лодке. Раньше у нас был Nordic Tug, сейчас более скоростная лодка, которая дает больше возможностей.
Но самое интересное в другом: управление лодкой требует огромного количества знаний. Это совсем не история о том, что ты приехал на красивую яхту, сделал фотографии, а кто-то тебя привез и потом отвез. Когда ты капитан или помощник капитана, необходимо знать правила навигации, понимать, как правильно швартовать лодку, учитывать ветер, приливы и отливы, течение. Нужно знать все это, чтобы безопасно добраться из одной точки в другую. Это непросто, но именно поэтому невероятно интересно.
— Получается удивительный контраст: сегодня вы выходите на арену, миллионы людей следят за каждым движением, вокруг камеры, вспышки, внимание всего мира. А потом — лодка, вода, ветер, рыбалка, природа и практически полное отсутствие внешнего шума. Возможно, именно это и помогает не потерять себя?
— Наверное, да. Думаю, именно такой стиль жизни помогает мне выстраивать баланс. В один момент ты находишься в центре огромного внимания, а затем оказываешься практически наедине с собой и природой. И это очень хорошо возвращает внутреннее равновесие.
— А что такое счастье для Валентины Шевченко? После стольких побед, путешествий, мирового признания — где оно находится?
— Счастье, наверное, в том, чтобы мои близкие были здоровы. Чтобы они радовались, чтобы у них все было хорошо, чтобы никто не болел и жизнь просто шла своим чередом. Пусть даже в размеренном темпе. Пусть в ней не происходит постоянно чего-то яркого, каких-то вспышек. Но когда ты знаешь, что можешь позвонить своим родным и услышать: «У нас все хорошо», — вот это, наверное, счастье.
— Это очень простой и одновременно очень глубокий ответ. Но существует еще один удивительный контраст. Миллионы людей знают Валентину Шевченко как бойца, перед которым стоят сильнейшие спортсменки планеты. А я знаю другую Валю — ту, которая танцует, надевает красивые наряды, удивительно женственна в кадре, фотографирует во время путешествий. Как в настолько жестком мире спорта сохранить эту нежность?
— Наверное, это определенный баланс, что-то похожее на инь и ян, когда в человеке одновременно присутствуют сила и мягкость и именно вместе создают гармонию. Для меня это все абсолютно органично и естественно. Я не стараюсь быть кем-то, кем на самом деле не являюсь. Если ситуация требует от меня силы, если нужно проявить характер — я такая. Но в обычной жизни мне эта жесткость не нужна, и я могу вести себя так, как чувствую.
Я считаю, самое главное — не пытаться быть похожим на кого-то другого и не копировать чужую жизнь. Нужно найти себя, увидеть, почувствовать, какой ты человек на самом деле, и просто позволить себе быть таким, каким тебе естественно и легко быть. Потому что эта бесконечная игра, когда мы пытаемся походить на кого-то, в конечном итоге только уводит человека от самого себя.
— Валя, я много раз хотела сказать вам это лично. Мы постоянно куда-то бежим, встречаемся между делом, разговариваем на ходу. Поэтому сегодня хочу остановиться и просто поблагодарить. Валентина Шевченко — особая гордость Кыргызстана. Спасибо вам за наш флаг, который вы столько лет поднимаете на крупнейших мировых аренах. Народ действительно гордится вами. И то, что сегодня вы пришли на интервью в национальном платье, — тоже очень символично и дорого. Но я хочу задать прямой вопрос: как вы считаете, государство по достоинству оценило то, что столько лет вы отстаиваете честь страны и народа, прославляя Кыргызстан во всем мире?
— Для меня самое важное — чувствовать любовь народа. Я считаю, что это одно из самых прекрасных чувств, которые вообще может испытывать спортсмен. Любовь народа — настолько чистое чувство. Она заряжает энергией и дает мотивацию. Меня часто спрашивают: «Какая у вас мотивация?» Но как у меня может не быть мотивации, когда люди подбадривают меня и говорят: «Неважно, каким будет результат, мы с тобой. Валентина, давай вперед!» Вот это для меня самое ценное. Я очень благодарна своим болельщикам, людям, которые поддерживают меня на протяжении всей карьеры. Они следят за моими боями годами, болеют, радуются вместе со мной, огорчаются вместе со мной. Мы проживаем все это вместе. И для спортсмена чувствовать такую любовь — огромное счастье.
В мире профессионального спорта практически все можно измерить: количество побед, титулов, раундов, гонораров, место в рейтинге. Но разговор с Валентиной неожиданно снова и снова возвращается к тому, что никакой статистикой измерить невозможно: дружбе, верности, уважению, семье, способности услышать собственное тело, любви людей.
Возможно, именно поэтому за жесткостью октагона остается человек, который может месяц жить на лодке, изучать приливы и течение, ловить лосося, смотреть на океан и считать счастьем не мировой титул, а простую фразу близкого человека: «У нас все хорошо».
Продолжение следует…
