Он никогда не жил вполсилы. Памяти народного артиста СССР Иосифа Кобзона – интервью

Интервью
Он никогда не жил вполсилы. Памяти народного артиста СССР Иосифа Кобзона – интервью
Редакция Кабар

Авторская рубрика «Лидеры мира» заслуженного деятеля культуры Кыргызской Республики, вице-президента Иссык-Кульского форума имени Ч.Айтматова, вице-президента Международного содружества народной дипломатии Ассоль Молдокматовой.

С Иосифом Давыдовичем Кобзоном мы познакомились много лет назад на Первом канале в Москве. Позже встречались вновь, обсуждали документальный фильм, говорили о культуре, памяти, ответственности художника перед обществом. Наши беседы никогда не ограничивались только музыкой. Его всегда интересовали люди, судьба страны, честность в профессии и верность собственным принципам.

В этом интервью Иосиф Давыдович предстаёт таким, каким его знали близкие и друзья: человеком, который одинаково уверенно чувствовал себя на сцене, в парламенте, в горячих точках и в откровенном разговоре. Он вспоминает своё детство, путь к профессии, великих композиторов и поэтов, говорит о матери, которой посвятил всю жизнь свою благодарность, о долге, совести, журналистике и ответственности каждого человека за собственный выбор.

Это не интервью о званиях и наградах. Это разговор о ценностях, которые не стареют: уважении к родителям, любви к профессии, благодарности, мужестве и человеческом достоинстве.

Иосиф Кобзон — народный артист СССР, человек-эпоха, чей голос на протяжении десятилетий звучал на главных сценах страны. Он выступал перед строителями Сибири, нефтяниками, военнослужащими в Афганистане, ликвидаторами аварии в Чернобыле. Его знали не только как выдающегося певца, но и как человека, который не оставался в стороне от чужой беды.

Сегодня я вновь публикую этот разговор в память об Иосифе Давыдовиче Кобзоне.

Он никогда не жил вполсилы. Памяти народного артиста СССР Иосифа Кобзона – интервью

— Иосиф Давыдович, ваша биография напоминает историю человека, который всего добился собственным трудом. Что стало вашей главной жизненной школой?

— Наверное, сама жизнь. Мы росли в большой семье, жили очень скромно, знали, что такое голод, коммунальные квартиры и постоянная необходимость трудиться. Но я никогда не воспринимал это как повод жаловаться. С детства понимал: если хочешь чего-то добиться, нужно работать. После седьмого класса поступил в горный техникум не потому, что мечтал связать жизнь с горным делом, а потому, что хотел быстрее получить профессию и помогать семье. Позже была армия. Последний год службы я провёл в ансамбле песни и пляски, где работали профессиональные музыканты и педагоги. Именно тогда окончательно понял, что хочу серьёзно заниматься вокалом.

— Как родные восприняли решение оставить полученную специальность и уехать учиться в Москву?

— Братья удивились. Они считали, что у меня уже есть хорошая профессия, и не понимали, зачем всё начинать сначала. Но желание учиться музыке было непреодолимым.

Я приехал в Москву практически без денег, в солдатской форме — другой одежды у меня просто не было. Поступал сразу в несколько учебных заведений: в Гнесинский институт, Московскую консерваторию, ГИТИС и музыкальное училище. В итоге стал студентом вокального факультета Государственного музыкально-педагогического института имени Гнесиных. У меня не было в Москве ни влиятельных знакомых, ни людей, которые могли бы помочь. Было только огромное желание учиться.

— Приходилось ли вам совмещать занятия с работой?

— Конечно. Стипендии не хватало. По ночам я организовывал погрузочно-разгрузочные работы на Рижском вокзале. Осенью мы ездили со студенческими отрядами убирать урожай. Нужно было заработать трудодни, получить картошку и сделать запас на зиму. Жизнь была непростой, но счастливой. Мы очень хотели учиться и ценили возможность получить образование. Я не считаю, что современная молодёжь обязательно должна пройти через те же лишения. Время стало другим. Но важно, чтобы молодой человек понимал цену труда, знаний и самостоятельности.

— Вы всегда с особой теплотой говорили о матери. Какое влияние она оказала на вашу судьбу?

— Мама была для меня главным человеком. Она понимала каждого из своих детей, а мы понимали её. Добрее человека я не знал. Даже когда я стал взрослым, известным, когда у меня появились дети и внуки, рядом с мамой я снова чувствовал себя сыном. После её ухода мне стало не хватать этого последнего прибежища. Я всегда считал день рождения не только праздником человека, который появился на свет, но прежде всего днём благодарности его матери. Пока мама была жива, я приглашал её на свои концерты и со сцены говорил: «Мама, сегодня мой день благодарения тебе. Посмотри, кого ты произвела на свет». Для меня образ матери всегда оставался священным.

Он никогда не жил вполсилы. Памяти народного артиста СССР Иосифа Кобзона – интервью

— Вы были современником выдающихся композиторов и поэтов. Что отличало песню того времени?

— Мне посчастливилось застать настоящий расцвет песенного искусства. В этом жанре работали великие композиторы: Аркадий Островский, Арно Бабаджанян, Матвей Блантер, Соловьёв-Седой, Ян Френкель и многие другие. Не менее великими были поэты — Роберт Рождественский, Расул Гамзатов, Михаил Матусовский, Евгений Долматовский, Евгений Евтушенко, Константин Ваншенкин.

Песня — это сложнейший жанр. За несколько минут нужно рассказать целую историю, вызвать эмоцию, заставить человека задуматься. Как говорил Исаак Дунаевский, это «нелёгкий лёгкий жанр». Мы очень серьёзно относились к слову, музыке, интонации. Песня должна была не просто развлекать — она должна была говорить с человеком о Родине, любви, памяти, войне, достоинстве.

— Многие ваши песни стали частью истории страны. Чувствовали ли вы особую ответственность перед слушателями?

— Артист всегда несёт ответственность. Если тебе доверяет огромная аудитория, ты не имеешь права выходить на сцену равнодушным. Я выступал на стройках Сибири, перед нефтяниками и шахтёрами, был в Афганистане, Чернобыле, приезжал туда, где людям было особенно трудно. Я не считал это подвигом. Это была моя обязанность. Артист нужен не только в праздничном зале. Иногда он особенно нужен там, где человеку тяжело, страшно или одиноко. Песня способна поддержать, напомнить о доме и дать силы.

— Иосиф Давыдович, ещё во время учёбы в Гнесинском институте вы уже собирали полные залы вместе со своим сокурсником Виктором Кохно. В какой момент вы поняли, что сцена становится не просто мечтой, а вашей профессией?

— Наверное, тогда, когда увидел глаза зрителей. До этого пение было мечтой, огромным желанием. Но когда мы начали выступать в Доме Союзов, в Доме композиторов и почувствовали настоящий отклик публики, я понял, что сцена — это моё призвание. Зрителя невозможно обмануть. Если он верит тебе, значит, ты идёшь правильной дорогой.

— Известно, что из-за активной концертной деятельности вам пришлось оставить учёбу в Гнесинском институте. Насколько тяжёлым было это решение?

— Конечно, мне хотелось закончить институт. Я всегда с уважением относился к образованию. Но жизнь распорядилась иначе. Концертов становилось всё больше, и совмещать их с учёбой было невозможно. Я сделал выбор в пользу сцены, понимая, что теперь моим главным университетом станет сама жизнь. И должен сказать, что она оказалась очень строгим, но справедливым учителем.

Он никогда не жил вполсилы. Памяти народного артиста СССР Иосифа Кобзона – интервью

— Уже в 1959 году вы стали солистом Всесоюзного радио. Именно тогда начал формироваться ваш неповторимый исполнительский стиль. Вы сознательно искали собственную манеру исполнения?

— Нет, специально её не искал. Никогда не хотел быть похожим на кого-то. Я считал, что артист должен оставаться самим собой. Безусловно, академическая школа дала мне вокальную основу, но сцена требует не только техники. Люди должны чувствовать искренность. Поэтому постепенно появилась моя собственная манера исполнения — без внешних эффектов, но с уважением к слову, музыке и зрителю.

— В начале 1960-х ваши песни зазвучали по радио и телевидению, а участие в «Голубом огоньке» принесло всесоюзную известность. Что изменилось после этого?

— Прежде всего — ответственность. Популярность — это не только радость. Миллионы людей начинают следить за каждым твоим шагом. Тогда я особенно остро понял, что артист принадлежит не только себе. Он становится частью жизни своей страны. Поэтому нужно было соответствовать этому доверию — работать ещё больше и никогда не позволять себе выходить на сцену неподготовленным.

— Победы на международных конкурсах в Варшаве, Будапеште и Берлине стали важной страницей вашей биографии. Что они значили для вас?

— Конечно, приятно получать награды. Но для меня гораздо важнее было другое. Я понимал, что представляю не только себя, а огромную страну. Каждое выступление было своеобразным экзаменом. И когда иностранная публика принимала советскую песню с уважением и теплотой, это было самой большой наградой. Искусство всегда говорит на языке, который понятен без перевода.

— С середины 1960-х ваша жизнь превратилась в непрерывную череду гастролей, телевизионных эфиров, фестивалей и концертов. Как вам удалось сохранить внутреннюю дисциплину и не потерять себя?

— Очень просто. Я никогда не считал себя звездой. Всегда помнил, откуда приехал, как начинал, сколько пришлось работать, чтобы добиться первых успехов. Популярность — вещь временная, а профессия остаётся с человеком на всю жизнь. Поэтому я продолжал относиться к каждому концерту так, словно выхожу к зрителям впервые. Именно это чувство ответственности, наверное, и не позволило мне потерять себя.

— Вам посчастливилось работать с выдающимися композиторами и поэтами. Что отличало ту эпоху?

— Мне действительно невероятно повезло. Это было время настоящего расцвета советской песни. Я сотрудничал с Арно Бабаджаняном, Матвеем Блантером, Василием Соловьёвым-Седым, Яном Френкелем, Оскаром Фельцманом, Андреем Эшпаем и многими другими великими композиторами. Стихи писали Роберт Рождественский, Евгений Евтушенко, Расул Гамзатов, Михаил Матусовский, Константин Ваншенкин, Евгений Долматовский. Сегодня многие говорят: «Музыка моя, слова мои». Тогда каждый понимал цену настоящего профессионализма. Песня создавалась коллективом талантливейших людей, и именно поэтому многие произведения живут десятилетиями.

— Почему, на ваш взгляд, песни того времени продолжают волновать людей?

— Потому что они были искренними. Они рассказывали о любви, Родине, дружбе, подвиге, человеческом достоинстве. Это были не песни на один сезон. Каждая несла мысль, эмоцию, историю. Песня — удивительный жанр. За несколько минут она способна рассказать целую жизнь. Именно поэтому хорошие песни не стареют.

— Вы выступали не только в лучших концертных залах, но и там, где людям было особенно тяжело…

— Для меня это было совершенно естественно. Я выступал перед строителями БАМа, нефтяниками, шахтёрами, военными. Был в Афганистане, одним из первых приехал в Чернобыль после аварии. Артист нужен не только там, где аплодируют. Иногда песня становится поддержкой для людей, которые находятся в самых тяжёлых обстоятельствах. Если ты способен подарить человеку надежду хотя бы на несколько минут, значит, твоя профессия имеет настоящий смысл.

Он никогда не жил вполсилы. Памяти народного артиста СССР Иосифа Кобзона – интервью

— Вас всегда отличало желание помогать людям. Откуда это качество?

— Я никогда не говорил, что помогаю. Я возвращал долги. Когда я приехал в Москву, мне тоже помогали — советом, поддержкой, добрым словом. Поэтому, когда появилась возможность самому поддерживать людей, я считал это своим долгом. Добро нельзя оставлять только для себя. Его обязательно нужно передавать дальше.

— Вы пережили потерю многих близких друзей. Как научиться принимать уход дорогих людей?

— К этому невозможно привыкнуть. В моей жизни было много прекрасных людей: Юрий Никулин, Ролан Быков, Андрей Миронов, Роберт Рождественский, Ян Френкель, Артём Боровик и многие другие. Когда вспоминаешь, сколько талантливых, дорогих тебе людей уже нет рядом, становится страшно. Но память о них продолжает жить — в их поступках, произведениях, голосах, фильмах и книгах. Мы действительно все транзитные пассажиры. Поэтому особенно важно успеть сказать людям добрые слова при жизни.

— Вы всегда откровенно спорили с журналистами. Почему отношения со средствами массовой информации нередко складывались непросто?

— Я уважал профессию журналиста и дружил со многими выдающимися представителями этой профессии. Но меня всегда тревожила зависимость журналистики от интересов редакций, владельцев и политических обстоятельств. Главный вопрос — насколько совесть, честность и профессиональная принципиальность позволяют журналисту противостоять давлению. Я не боялся неудобных вопросов. Наоборот, любил откровенный разговор, даже если он был неприятным. Но интервью должно быть поиском истины, а не заранее подготовленным обвинением. Журналист имеет право задавать острые вопросы, а герой интервью — право отвечать и защищать своё достоинство.

— Когда против вас звучали тяжёлые обвинения, почему вы не уходили из студии и продолжали разговор?

— Потому что уход мог быть воспринят как согласие. Я предпочитал оставаться и отвечать. Нельзя позволять, чтобы ложь становилась истиной только потому, что её произнесли публично. Если ты уверен в себе, нужно иметь мужество спокойно отстаивать свою честь. Я не привык прятаться. Всегда говорил то, что думаю, даже если понимал, что мои слова кому-то не понравятся.

— Почему вы решили стать депутатом Государственной Думы?

— Я не считал это уходом в политику. Мои взгляды, принципы и образ жизни не изменились после получения депутатского мандата. Я продолжал петь те же песни, встречаться с людьми, помогать тем, кто обращался, и отстаивать то, во что верил. Депутатская работа дала возможность решать вопросы на другом уровне, особенно в сфере культуры. Для меня было важно защищать артистов, театры, музеи, образование, культурное наследие. Культура — это не украшение государства. Это его духовный фундамент.

— Вы оставались беспартийным человеком. Почему это было принципиально?

— Я состоял в Коммунистической партии Советского Союза. Эта партия официально не самораспустилась — её деятельность была прекращена решением власти. Я сохранил свой партийный билет и не считал честным переходить из одной партии в другую только потому, что это выгодно для карьеры. Человек должен быть последовательным. Убеждения не должны меняться в зависимости от политической конъюнктуры.

— Что для вас являлось главным мерилом прожитой жизни?

— Главное — остался ли ты человеком. Сумел ли поддержать того, кому было трудно? Не предал ли свои убеждения? Помнишь ли добро, которое тебе сделали? Сохранил ли благодарность родителям, учителям, друзьям и зрителям? Звания остаются в справочниках. А человеческие поступки — в памяти людей.

— Что для вас сегодня означает настоящий успех?

— Успех — это не количество наград и не громкость аплодисментов. Всё это остаётся в прошлом. Главное — сумел ли ты сохранить достоинство, остался ли человеком, не предал ли своих принципов, помог ли тем, кто нуждался в поддержке. Настоящую цену человеку определяют не его звания, а память, которую он оставляет в сердцах людей. Если после тебя остаются песни, добрые дела и благодарность людей, значит, жизнь прожита не напрасно.

— На протяжении всей жизни вы оставались человеком с собственной позицией. Не боялись идти против общественного мнения?

— Если постоянно оглядываться на то, что о тебе скажут, невозможно быть честным ни перед собой, ни перед людьми. Конечно, не всем нравились мои слова и поступки, но я никогда не стремился быть удобным. Для меня гораздо важнее было сохранить уважение к самому себе. Жизнь быстро расставляет всё по своим местам. Важно не то, что о тебе говорят сегодня, а то, с чем ты останешься спустя годы.

Он никогда не жил вполсилы. Памяти народного артиста СССР Иосифа Кобзона – интервью

— Вы всегда подчёркивали значение культуры. Какую роль она играет в судьбе государства?

— Культура — это не роскошь и не приложение к экономике. Это фундамент, на котором строится общество. Если люди перестают читать хорошие книги, слушать настоящую музыку, ходить в театр, они постепенно теряют внутренние ориентиры. Именно культура воспитывает вкус, нравственность, уважение к истории и друг к другу. Государство, которое не поддерживает культуру, неизбежно теряет своё будущее.

— Что вы хотели бы сказать молодым артистам, которые только начинают свой путь?

— Прежде всего — научиться работать. Настоящее искусство не терпит суеты и желания мгновенной славы. Сегодня многим кажется, что известность приходит за один день. Но за настоящим успехом всегда стоят годы труда, дисциплины и постоянного совершенствования. Необходимо уважать зрителя, уважать профессию и никогда не считать, что уже достиг вершины.

— Вы объездили практически весь Советский Союз. Какие встречи особенно запомнились?

— Самыми дорогими для меня всегда были встречи с простыми людьми. Рабочие, шахтёры, военные, врачи, учителя — именно они давали артисту ощущение, ради кого он выходит на сцену. После концертов люди подходили не за автографами, а чтобы просто поговорить, поделиться своей жизнью. Эти разговоры я ценил не меньше, чем сами выступления.

— Иосиф Давыдович, за годы творческой деятельности в вашем репертуаре появилось более трёх тысяч произведений — от патриотических песен и военных баллад до романсов и оперных арий. По какому принципу вы выбирали песни?

— Для меня главным всегда был не жанр, а содержание. Я никогда не делил песни на модные и немодные. Если произведение трогало душу, если в нём были настоящая музыка, сильное слово и человеческая правда, значит, оно должно было звучать. Артист обязан верить каждому слову, которое поёт. Если нет этой веры, зритель это почувствует мгновенно.

— В вашем репертуаре соседствовали произведения Давида Тухманова, Александры Пахмутовой, Арно Бабаджаняна, а также песни Владимира Высоцкого. Насколько важно было для вас работать с такими разными авторами?

— Это огромное счастье для любого исполнителя. Каждое поколение великих композиторов и поэтов приносило своё мироощущение, свою интонацию. Мне было интересно исполнять и масштабные патриотические произведения, и глубокие лирические песни, и драматические баллады Высоцкого. Настоящее искусство не знает жанровых границ — оно говорит о человеке.

— Многие песни в вашем исполнении стали частью истории страны. Чувствовали ли вы особую ответственность, исполняя такие произведения, как «День Победы» и другие?

— Безусловно. Такие песни уже давно перестают принадлежать композитору или исполнителю. Они становятся частью памяти народа. Поэтому относиться к ним нужно очень бережно. Нельзя исполнять их формально или ради эффекта. Каждое слово должно быть прожито. Особенно это касается песен о войне, Победе, человеческом подвиге. Их нельзя петь без внутреннего уважения к истории и людям, которым они посвящены.

— Несмотря на десятилетия на сцене, ваша дискография продолжала пополняться практически до этих дней. Что не позволяло вам останавливаться?

— Потому что артист жив, пока ему есть что сказать людям. Сцена — это не профессия, которую можно оставить по расписанию. Если ты чувствуешь, что нужен зрителю, если продолжаешь волноваться перед выходом на сцену, значит, должен работать. Для меня музыка всегда была разговором с людьми. И пока этот разговор продолжался, я считал своим долгом выходить к зрителям.

— Ваша жизнь стала частью истории страны. Каким вы хотели бы, чтобы вас запомнили?

— Прежде всего человеком, который честно служил своему делу. Я никогда не стремился стать легендой. Просто старался достойно выполнять свою работу, быть рядом с людьми и не изменять своим убеждениям. Если мои песни продолжают звучать, если они помогают людям вспоминать родных, любить свою страну, становиться добрее, значит, всё было не зря.

— Что бы вы назвали главным итогом своей жизни?

— Я счастлив, что занимался любимым делом. Счастлив, что рядом были замечательные люди, великие композиторы, поэты, музыканты, друзья. Счастлив, что сумел быть полезным не только на сцене, но и вне её. Всё остальное — награды, должности, звания — со временем становится страницами истории. А человеческая память остаётся. Если после тебя люди вспоминают не только песни, но и поступки, значит, жизнь прожита достойно.

Голос Иосифа Кобзона знали миллионы, но главным его качеством была не только сила таланта. Он никогда не проходил мимо чужой беды, не боялся говорить то, что думал, и до конца оставался верен своим убеждениям. Он стал частью культурной памяти нескольких поколений, но не менее важным наследием артиста стала его жизненная позиция: не ждать благодарности за добро, помнить о своих долгах перед людьми и никогда не проходить мимо чужой беды.

Спустя годы его слова звучат особенно точно, потому что время меняет эпохи, но не меняет настоящие человеческие ценности.

Светлая память Иосифу Давыдовичу Кобзону — человеку, который оставил след не только в истории музыки, но и в судьбах многих людей.