Недавно в Бишкеке прошла Международная научно-практическая конференция «Правовые вопросы укрепления независимости и авторитета судебной системы» с участием глав верховных судов Кыргызстана и России — Медербека Сатыева и Игоря Краснова.
В работе конференции приняли участие судьи верховных и местных судов двух стран и представители Высшей школы правосудия при Верховном суде КР и Российского государственного университета правосудия имени В. М. Лебедева.
В ходе конференции были подписаны соглашения о сотрудничестве между верховными судами и юридическими вузами КР и РФ. Участники обсудили цифровизацию судебной системы, подготовку кадров, социальные гарантии и механизмы укрепления авторитета судебной власти.
О том, в чем заключается истинная независимость судьи, как Совет судей реагирует на дисциплинарные проступки и за счет чего планируется снизить колоссальную нагрузку на служителей Фемиды, в интервью рассказала председатель Совета судей Кыргызской Республики, судья Верховного суда Аида Асанбековна Сейдакматова.
— Аида Асанбековна, в своем выступлении на конференции Вы подчеркнули, что авторитет судебной системы — это не вопрос престижа судебной системы. Скажите, что лежит в основе доверия граждан к суду?
— Доверие к суду — это вопрос действенности Конституции, защищенности человека и устойчивости всего государства. Судебная власть обладает авторитетом тогда, когда гражданин твердо убежден: его выслушают, к нему отнесутся наравне с другой стороной, а само дело будет разрешено своевременно, законно и понятным языком.
Обращаясь к ценностным ориентирам Доктрины «Уңгужол — Национальный дух — мировые высоты», скажу: ее смысл для судебной системы заключается в верности законности, справедливости и служении обществу. Уважение к нашим правовым и нравственным традициям должно сочетаться с высокими стандартами независимости, беспристрастности и гуманизма. Но главная мысль проста: авторитет суда нельзя установить распоряжением — он ежедневно подтверждается качеством правосудия и личным поведением каждого судьи.
— Как сегодня соотносятся между собой независимость судьи и его внутренняя ответственность перед обществом?
— Независимость — это не личная привилегия судьи и не защита от законной критики. Это первоочередная гарантия для гражданина, что его спор будет разрешен без давления, личной заинтересованности и постороннего влияния.
При этом ответственность судьи не должна превращаться в инструмент воздействия на содержание судебного акта. Если допущена правовая ошибка, она исправляется вышестоящим судом в установленном процессуальном порядке. Если же речь идет о дисциплинарном проступке — рассмотрен в ходе справедливой процедуры. Только такой баланс между защищенностью судьи и его ответом за свои действия укрепляет авторитет суда.
— Если говорить о конкретных результатах реформирования, что уже удалось сделать в рамках Государственной целевой программы развития системы правосудия?
— Реформа перешла от отдельных точечных решений к системному подходу. За период 2021–2025 годов Верховный суд провел масштабную работу по обеспечению единообразия судебной практики: 87 устаревших постановлений Пленума признаны утратившими силу, приняты 12 новых постановлений по актуальным категориям дел, еще в 31 внесены изменения. Также было инициировано 13 законопроектов, направленных на совершенствование судопроизводства.
Параллельно укрепляется материально-техническая база: при поддержке президента Кыргызской Республики проводится масштабная работа по строительству и обновлению зданий судов. За 2021–2025 годы введены в эксплуатацию 7 новых объектов судебной системы. Сегодня продолжается строительство 11 зданий, еще на двух объектах проводится капитальный ремонт. В перспективе запланировано строительство 9 новых объектов, включая Дома правосудия в городах Бишкек и Ош.
— При этом статистика указывает на колоссальный рост поступающих дел. Насколько критична сегодня проблема перегрузки?
— Цифры требуют честного разговора. В судах первой инстанции число рассмотренных дел и материалов выросло со 147 тысяч в 2021 году до 279 тысяч в 2025 году — то есть почти на 89%! В апелляционной инстанции рост составил 23%, а в Верховном суде — 29%. При этом штатная численность судей практически не изменилась.
Разумеется, перегрузка не оправдывает волокиту или плохую мотивировку решений, но она создает объективный системный риск для качества правосудия. Более того, анализ обращений из регионов (в частности, Нарынской и Ошской областей) показывает, что более половины затяжных споров — особенно земельных и имущественных — имеют межведомственный характер. Поэтому нам нужно активизировать взаимодействие с другими госорганами для устранения причин повторяющихся нарушений.
— Какова роль Совета судей в поддержании чистоты судейских рядов и защите служителей Фемиды от давления?
— Совет судей — это не просто дисциплинарный орган, наш конституционный мандат гораздо шире. Мы обязаны защищать судью от неправомерного вмешательства, участвовать в формировании бюджета, заботиться об обучении и социальных гарантиях.
Но общественность, конечно, внимательно следит за работой дисциплинарной комиссии Совета. По состоянию на конец июня 2026 года в отчетных материалах отражены меры в отношении 161 судьи: 17 выговоров; 27 предупреждений; 76 предварительных предупреждений; 27 согласий на привлечение к уголовной ответственности; 14 представлений о досрочном освобождении от должности.
Эти данные нельзя использовать для огульного шельмования всего судейского корпуса, но их нельзя и замалчивать. Общество должно видеть, что судейское самоуправление способно принципиально реагировать на доказанные нарушения. В то же время необоснованная жалоба или несогласие стороны с проигранным делом не должны становиться способом шантажа или давления на судью.
— Какие ключевые требования предъявляются к ежедневной работе судьи в зале заседаний и вне его?
— Доверие формируется из деталей. Ежедневный стандарт судьи включает безусловную беспристрастность, уважительный и ровный тон со всеми участниками процесса, умение рассмотрение дела без искусственных переносов и, самое главное, высокое качество судебного акта. Убедительная и понятная мотивировка решения, защищает судью лучше любых публичных заявлений.
Кроме того, важную роль играет безупречность поведения вне службы. Конфликт интересов, неформальные связи или демонстративная близость к участникам процесса подрывают доверие ко всей системе. Статус судьи предполагает добровольное принятие повышенных этических ограничений.
— В 2025 году национальное законодательство пополнилось институтом резерва кандидатов на должности судей. Как работает этот механизм?
— Кадровый резерв формируется Советом по делам правосудия на конкурсной основе. Включенные в него кандидаты проходят подготовку в Высшей школе правосудия и стажировку в судах.
Это позволяет системе иметь заранее подготовленный круг специалистов и оперативно замещать вакансии. Но резерв не должен быть формальным «списком ожидания». Конкурс отбирает лучших не только по знанию законов, но и по способности мыслить независимо, выдерживать психологические нагрузки и соблюдать этические нормы. Связи или прежнее место работы не могут подменять компетентность и добропорядочность.
— Какие ключевые задачи Совет судей ставит перед собой при подготовке новой Государственной целевой программы на 2027–2032 годы?
— Мы сформировали семь основных приоритетов:
Качественный, прозрачный отбор в резерв кадров и непрерывное обучение.
- Реальные гарантии независимости с фиксацией и жестким пресечением любых фактов внепроцессуального давления на судей.
- Снижение перегрузки путем пересмотра нормативов и расширения штатов в наиболее загруженных судах.
- Профессионализация судебного администрирования, чтобы председатели судов не отвлекались на хозяйственные задачи.
- Единообразие практики и глубокая аналитическая работа над качеством судебных актов.
- Высокая этика и соразмерная дисциплинарная ответственность.
Открытая отчетность перед обществом и внедрение единых стандартов общения с гражданами.
Новая программа на 2027–2032 годы должна измеряться не количеством проведенных мероприятий, а конкретными результатами для граждан: сокращением сроков рассмотрения дел, уменьшением доли отмен решений, снижением обоснованных жалоб на волокиту и реальной доступностью правосудия.
