Министр экономики и коммерции КР Бакыт Сыдыков в эксклюзивном интервью рассказал о специфике работы ведомства в режиме 24/7, рекордных темпах экономического роста страны и масштабной реформе по сокращению бюрократии для бизнеса. Глава Минэконома также поделился личным взглядом на гармонию поколений на госслужбе и признался, какой личный гештальт мечтает закрыть вне рабочего кабинета.
— Спасибо, что нашли время прийти к нам в студию и рассказать о том, как Вы работаете. Почему я говорю «нашли время»? Потому что у меня на руках был Ваш рабочий график, и, как я заметил, у Вас запланировано очень много мероприятий. Скажите, у Вас каждый день плотный график?
— В целом интенсивность и насыщенность присутствуют каждый день, разница лишь в том, чем именно день наполняется. Сама плотность графика достаточно типичная. В офисе я появляюсь где-то в 8:15 утра, а уходить приходится в районе 22:00 вечера. Для меня в этом нет ничего необычного, такой темп работы вполне стандартен. Сегодняшний день стал для меня даже своего рода новым опытом, возможностью окунуться в такой формат общения. Интенсивность сегодня действительно была высокой, дело в том, что я прилетел в Бишкек из аэропорта в 4:30 утра. Не стал тратить время на поездку домой, пришел с чемоданом сразу на работу, умылся, выпил кофе и все нормально, взбодрился.
— Можно ли сказать, что это и есть форма проживания кыргызской экономики, когда министр занят в стольких мероприятиях, что ему буквально некогда умыться?
— Я думаю, это больше про руководство государственных органов в целом. Это касается не только министра экономики и его заместителей. Такой же график у министра здравоохранения, министра просвещения и других. Наша работа - это служба в режиме 24/7.
— Вы говорите, что формат работы госслужащего подразумевает именно службу. Но вы всегда находитесь на службе или все же остаетесь обычным, рядовым кыргызстанцем?
— Я пытаюсь сохранить в себе обычного человека и уделять этому как можно больше пространства. Например, на работу я приезжаю не в костюме, а в джинсах и футболке, в более удобной одежде. Прихожу в министерство, переодеваюсь, идет рабочий процесс. Когда день заканчивается, я снова переодеваюсь в удобные вещи. Это своего рода психологическая перезагрузка. Когда переодеваешься, начинаешь ощущать себя обычным человеком, частью general public (обычный человек). Это приятно, потому что в нерабочее время не налагает на тебя каких-то дополнительных, возможно, надуманных рамок в плане поведения. Ты становишься просто обычным человеком.
— Тогда давайте посмотрим на ситуацию одновременно с точки зрения министра и обычного человека. Представьте, что вы писатель - человек, обладающий творческими способностями, перед которым стоит задача обрисовать портрет экономики Кыргызстана. Как бы вы ее описали?
— Ну, картина - это ведь фиксация какого-то одного момента, одного мгновения. Экономика же очень динамична, она не стоит на месте. Соответственно, описывать ее можно на разных исторических этапах.
Если говорить о характеристике текущей экономики, то есть фундаментальные, непреходящие свойства, характерные для Кыргызстана. Первое - это однозначно открытость экономики. Представьте себе, нас можно сравнить с маленьким домом на холме, где температура внутри помещения очень сильно коррелирует с погодой снаружи. Это свойство малых открытых экономик, коей мы и являемся.
Второе - непреходящее свойство нашей экономики - это решительность, иногда переходящая даже в отчаянную решительность наших экономических агентов, я имею в виду предпринимателей. Наш средний бизнесмен креативен, сообразителен и смел. Мы не раз обсуждали это с нашими соседями, и это характеристика не моя, а сторонних наблюдателей. Они говорят: «Ваши ребята иногда идут на огромный риск финансовых и экономических потерь, но за счет своей решительности, мобильности и адаптируемости чаще всего добиваются успеха».
Движущий фактор здесь, опять же, наши масштабы. Причина в том, что мы, к счастью или к сожалению, не наделены мега-природными ресурсами. И это мотивирует нас полагаться исключительно на себя, на свои способности, действия и активность.
Сейчас экономика переживает достаточно динамичный рост, мы уже четвертый год подряд фиксируем двузначные цифры. В среднем с 2022 года экономика росла со скоростью 10,1%, а в 2026 году за первые четыре месяца мы зафиксировали рост в 12%. Конечно, это налагает определенные вызовы. Чем выше забираешься в гору, тем сложнее продвигаться дальше с такой же скоростью. Мы это четко понимаем, поэтому делаем большой акцент на малое и среднее предпринимательство. Малое и среднее предпринимательство - это надежное «подбрюшье» нашей экономики, оно должно составлять стабильное большинство.
Разумеется, реализуются и флагманские инвестиционные проекты в приоритетных отраслях: Камбаратинская ГЭС-1 - трансформационный региональный проект; железная дорога Китай — Кыргызстан — Узбекистан и «Ала-Тоо Резорт». Это проекты-локомотивы, и есть еще масса других. Между собой мы, экономисты, называем наши инициативы реиндустриализацией, промышленным развитием страны. У нас действует программа «100 предприятий ежегодно». Запущенная в 2024 году, она успешно двигается уже третий год подряд. Мы полагаемся на частный сектор, а роль Министерства экономики и правительства в целом создать для них условия. Вот такая картина с хорошими, обнадеживающими перспективами, но в то же время с существующими рисками.
— Если сравнивать работу МЭК с другими ведомствами... Например, в МВД: случилось какое-то резонансное преступление, сыщики быстро поймали преступников, и люди моментально видят результат. В экономике же эти процессы растянуты во времени, минимальный срок - несколько месяцев. На Вас не давит то, что результаты вашей работы отложены во времени?
— На начальных этапах карьеры, признаюсь, это не то, чтобы давило, но подобное сравнение возникало. Я сам сын врачей, а у врача ведь аналогично: лежит больной пациент, ты провел манипуляции, дал лекарство и на следующий день видишь, как он встал на ноги. И этот пациент тебе благодарен. На госслужбе такого не происходит. Во-первых, ты просто выполняешь свою работу, и ждать какой-то благодарности или признания не нужно. Во-вторых, как вы правильно заметили, сиюминутного прямого результата нет. В частности, в Министерстве экономики мы пишем правила, принимаем законы, разрабатываем политики и программы. Да, они себя проявляют. И наше утешение - это когда в конечном итоге мы видим хорошие итоговые цифры роста. Тогда мы понимаем, здесь есть элемент грамотного прогнозирования и, главное, сработавших мероприятий.
Пусть они и не прямые, Минэкономики не может само построить 100-этажное здание за миллиард долларов. Но ты понимаешь другие вещи. Условно, до определенного периода у нас в стране действовало 905 разрешительных документов и сертификатов. Мы сели, проработали этот вопрос, провели «гильотину» и сократили их количество до 439. Следующий этап - довести до 250. Ты понимаешь, что этим облегчаешь жизнь бизнесу, бережешь время предпринимателей, избавляя их от излишних справок. Ты работаешь и видишь внутренние результаты своего труда. При этом нужно понимать, что наша работа командная, а не индивидуальная. В команде у каждого свои роли, и когда мы говорим об экономическом росте или успехах, за этим всегда стоит большая команда с различными функциями, а мы - лишь ее часть.
— Бакыт Толомушевич, скажите, пост министра для Вас - это реализация принципа «каждый солдат мечтает стать генералом» или все же стечение обстоятельств?
— Расскажу вам забавную историю из кулуаров министерства на тему солдат и генералов. Когда в нулевых годах я работал в Министерстве финансов, у нас проходили еженедельные аппаратные совещания. Руководство собиралось, строились планы, обсуждались результаты. И тогдашний министр, умнейший и шикарный человек, чтобы мотивировать состав, рассказал нам такую историю: «Каждый специалист в Министерстве финансов должен мечтать стать заведующим отделом. Каждый заведующий отделом должен мечтать стать начальником управления. Каждый начальник управления должен мечтать о кресле замминистра финансов. А каждый заместитель министра должен желать стать министром... но в другом министерстве». Это и правда, и забавно одновременно.
В моем случае, это, скорее, комбинация факторов. До того, как получить это назначение, мой стаж на госслужбе составлял порядка 22 лет. Как вы говорите, я начинал карьеру со стажера. Когда я учился в магистратуре, мне предложили стажировку. Было интересно, это затягивало и в итоге удержало меня в своей орбите. Многие тогда ушли в частный сектор и добились там больших успехов, ну а я всю жизнь находился в орбите государственной службы.
Возвращаясь к вашему вопросу: да, стечение обстоятельств исключать нельзя. Но были и стремление, и желание добиться карьерных успехов. У меня мама - врач-хирург очень высокой квалификации, большой профессионал. Она безумно любила свою работу, сейчас уже не практикует. Каких-то «генеральских» высот в карьере она не заняла, потому что нужно было совмещать все с семьей, детьми и мужем. Отец у меня преподаватель. У него есть ученые степени, звание профессора, но тоже без какого-то «генеральства». Мне повезло, наверное, я сам ко всему стремился.
К слову, большинство членов нынешнего кабинета министров имеют точно такие же tracks (жизненные пути), как у меня. То есть здесь нет фактора наследственности, династийности или фатальной предопределенности. Такого у нас практически нет.
— Полтора года вы находитесь в должности. Что произошло за это время? Чем вы гордитесь, а где, возможно, упустили моменты?
— Я человек командный, как бы пафосно это ни звучало. В системе государственной власти работа всегда строится коллективно. В этом плане, как руководитель экономического ведомства, своим главным успехом я считаю то, что смог удержать заданный темп. Смог не испортить то, что уже было запущено и требовало доработки.
Элементарный пример - Национальная программа развития до 2030 года. Она ведь не была сочинением творческого формата. Проводились глубокие исследования, шел сбор данных «с земли». Сама стратегия стала квинтэссенцией того, что делалось до этого и требовало продолжения. Мы написали эту стратегию, руководствуясь именно таким подходом, хотели прочно стоять на почве текущих достижений и развивать существующие успешные треки, совершенствовать их и ни в коем случае не ломать хорошие начинания.
— В последние годы идет постоянная полемика о том, что на госслужбу должны приходить молодые кадры. С другой стороны, есть люди старшего возраста с колоссальным опытом. Можем ли мы найти золотую середину между ними?
— Они обязательно должны держаться вместе. Молодые должны держаться за умудренных опытом коллег, чтобы учиться, а опытные, подзаряжаться энергией от молодых, чтобы держать себя в тонусе. При этом опыт старшего поколения невозможно переоценить.
Я смотрю на этот вопрос с точки зрения инклюзивности. Почему, когда мы говорим об инклюзивности, мы вспоминаем физические возможности или гендер, но забываем о возрасте? Инклюзивность должна касаться и возраста. На уровне нашего министерства мы пытаемся сохранить те пожилые кадры, которые действительно хотят работать и вносить свой вклад. Почему они должны уходить только из-за достижения пенсионного возраста? Но в то же время мы активно набираем молодежь. По крайней мере, у нас нет такого, чтобы они мешали друг другу или отбирали друг у друга хлеб. Гармония в этом плане абсолютно возможна, возраст - не преграда.
— У вас, как у простого человека, есть какое-то незаконченное дело или мечта? Может, никак не доходят руки посмотреть фильм, дочитать книгу или встретиться с друзьями?
— Я всегда любил математику. Но мне приходилось изучать её только как предмет, сопровождающий мою основную профессию. А я хочу изучить ее глубже. Я даже работаю над этим, у меня есть конспекты... Хочу углубиться в нее не с технической стороны, а с философским, интуитивным подходом. Уже купил несколько хороших учебников, они пока лежат, пылятся. Поглядываю на них косым взглядом и говорю себе: «Надо бы...» В общем, хочется закрыть этот гештальт.
— А на семью время остается?
— Семья относится к моему графику с пониманием. Здесь вспоминается шутка одного из руководителей: «Уважаемые коллеги, члены кабинета министров, напоминаю, что у нас 8-часовой рабочий день. Что это значит? Это значит, что наш рабочий день начинается в 8 утра, а заканчивается минимум в 8 вечера. Вот это и есть 8-часовая работа».
Утешает и вдохновляет то, что ты занимаешься делом не просто так, ты видишь реальный результат. Экономический рост суперски отразился на показателях, и это дает силы. Так что, родные все понимают и поддерживают.
