Авторская рубрика заслуженного деятеля культуры Кыргызской Республики и Российской Федерации, вице-президента Иссык-Кульского форума имени Ч.Айтматова, вице-президента Международного содружества народной дипломатии Ассоль Молдокматовой «Лидеры мира»
История живёт до тех пор, пока находятся люди, готовые посвятить ей свою жизнь. Одни создают будущее, другие бережно сохраняют прошлое, понимая, что без исторической памяти невозможно построить завтрашний день.
Сегодняшний гость рубрики «Лидеры мира» — Какаджан Бабаханович Джанбеков, кандидат исторических наук, востоковед, арабист, источниковед, учёный секретарь Институт языка, литературы и национальных рукописей имени Махтумкули Академии наук Туркменистана. На протяжении многих лет он исследует и переводит древние арабские рукописи, возвращая своему народу бесценные страницы истории, культуры и духовного наследия тюркской цивилизации.
Наше знакомство состоялось в Баку во время Недели тюркского мира. На протяжении всей недели мы ежедневно общались, говорили об истории, языке, культуре, великих мыслителях Востока, судьбе древних рукописей и роли науки в современном мире. С каждым разговором я всё больше убеждалась, что передо мной не просто выдающийся учёный, а человек, который воспринимает сохранение исторической памяти как своё жизненное предназначение. Именно тогда родилась идея этого интервью. Мне хотелось поговорить не только о научных исследованиях, но и о памяти, языке, духовных корнях, о роли культуры в судьбе народа и о том, почему без знания собственного прошлого невозможно уверенно строить будущее. Признаюсь честно, многие ответы Какажана Бабахановича поразили меня своей глубиной. Уверена, что этот разговор заставит задуматься каждого, кто прочтёт это интервью.
— Уважаемый Какажан Бабаханович, Вы посвятили жизнь изучению истории и культуры Востока. Чем глубже человек погружается в прошлое, тем яснее начинает понимать настоящее. Какой главный вывод Вы сделали за годы научной работы?
—Знаете, Ассоль Абдыкалыевна, для меня участие в симпозиуме, посвящённом столетию Первого тюркологического съезда в Баку, стало одним из самых сильных эмоциональных впечатлений. Мы с Вами в том городе, где более ста лет назад собрались выдающиеся тюркологи, филологи и мыслители, искренне обсуждавшие будущее тюркского мира. Тогда они ещё не могли знать, что для многих из них эта преданность науке и своему народу впоследствии обернётся трагической судьбой. На архивных кадрах мы видели их светлые, вдохновлённые лица — людей, которые были убеждены, что совершают великое дело ради будущих поколений. Признаюсь, в тот момент у меня на глазах были слёзы, потому что невозможно оставаться равнодушным, осознавая цену, которую заплатили эти люди за право сохранять язык, культуру и историческую память.
— Несмотря на огромный вклад тюркской цивилизации в развитие мировой науки, многие её достижения до сих пор недостаточно известны. Почему, на Ваш взгляд, так произошло?
— Тюркский мир действительно внёс огромный вклад в развитие мировой науки, но важно понимать исторический контекст. В своё время языками международной науки были арабский и персидский — примерно так же, как сегодня эту роль играет английский язык. Именно поэтому большинство выдающихся учёных Центральной Азии создавали свои труды на этих языках.
— Получается, что язык научного труда повлиял и на восприятие личности самих учёных?
— Совершенно верно. Позднее многие народы стали считать этих мыслителей исключительно представителями арабской или персидской культуры лишь потому, что их произведения были написаны на арабском или персидском языках. Между тем значительная часть этих учёных была тюркского происхождения.
— О каких выдающихся именах идёт речь?
—Прежде всего это Абу Наср аль-Фараби, Абу Райхан Беруни, Мухаммад ибн Муса аль-Хорезми, Ибн Сина, Махмуд аз-Замахшари и многие другие. Их труды стали фундаментом развития математики, медицины, астрономии, философии, языкознания и других наук.
— Одним из крупнейших научных центров своего времени была Академия Мамуна. Какую роль она сыграла в развитии мировой науки?
— Академия Мамуна была настоящим интеллектуальным центром эпохи. Именно там работали такие выдающиеся мыслители, как Беруни, Ибн Сина и многие другие. Их открытия оказали огромное влияние не только на развитие науки Востока, но и впоследствии стали частью мирового научного наследия.
— Что, на Ваш взгляд, сегодня особенно важно донести до молодого поколения?
— Важно понимать, что тюркская цивилизация была не сторонним наблюдателем мировой истории, а одним из её созидателей. Сегодня наша задача — не спорить о том, кому принадлежат великие учёные, а объективно показывать их происхождение, культурную среду и тот огромный вклад, который Центральная Азия и тюркский мир внесли в интеллектуальное развитие человечества.
— Какажан Бабаханович, существует ли книга, которую Вы считаете обязательной для каждого, кто хочет понять историю и культуру тюркского мира?
— Безусловно. Это труд «Памятники минувших поколений», написанный Абу Райхан Беруни. Это уникальная книга, в которой собраны сведения об истории, обычаях, традициях, праздниках и мировоззрении народов Востока. Она рассказывает не только о традициях тюркских народах, но и обо всех народах, живших в этом регионе.
— Чем лично Вас поразил этот труд?
— Прежде всего тем, насколько глубокими знаниями обладали наши предки. Например, в книге подробно описано, как отмечали Навруз, какие существовали традиции, как велось летоисчисление. Меня особенно удивило, что знания о високосном годе существовали задолго до европейских открытий. Многие считают, что это связано с более поздними исследованиями, однако подобные расчёты были известны ещё в Древнем Египте и Древнем Хорезме. Просто каждая цивилизация использовала собственную систему исчисления времени.
— Получается, что многие научные открытия появились гораздо раньше, чем принято считать?
—Именно так. Чем глубже изучаешь историю науки, тем больше понимаешь, насколько высок был уровень знаний наших учёных. Например, Ибн Сина внёс огромный вклад в развитие медицины. Абу Райхан Беруни значительно опередил своё время в астрономии и географии. Мухаммад ибн Муса аль-Хорезми заложил основы современной математики. Эти имена принадлежат не только истории Востока — они принадлежат истории мировой науки.
— Вы не только исследуете древние источники, но и переводите их. Что Вам особенно запомнилось в этой работе?
— Мне довелось переводить труд Ибн Саати, посвящённый водяным и механическим часам. Это удивительная книга. Она показывает, насколько развитой была инженерная мысль средневекового Востока и каким высоким уровнем технических знаний обладали наши предки.
— Какой главный вывод Вы сделали, изучая наследие великих учёных?
— Чем глубже погружаешься в историю, тем яснее понимаешь, что наши предки были выдающимися мыслителями. Они прекрасно владели математикой, геометрией, астрономией, медициной и многими другими науками. Их методы отличались от современных, но точность расчётов, глубина мышления и стремление познать мир были поистине выдающимися. Именно поэтому сегодня так важно возвращать эти имена в мировую историю науки и рассказывать о них новым поколениям.
— Сегодня человечество стремительно развивается технологически. Не возникает ли опасность, что вместе с этим прогрессом мы постепенно теряем историческую память и свои культурные корни?
— Да, технологии развиваются стремительно, но вместе с этим многие народы начинают постепенно отдаляться от своих культурных ценностей. И это меня действительно тревожит.
— В чём Вы прежде всего видите эти изменения?
— Раньше изучение языков, рукописей и истории было настоящим интеллектуальным трудом. Мы работали со словарями, часами искали значение каждого слова, читали книги, анализировали тексты. Для нас книга была не просто источником информации — она была частью культуры. До сих пор помню запах старых книг. Мы любили покупать их, читать, размышлять.
— Сегодня технологии значительно облегчили доступ к знаниям. Можно ли сказать, что вместе с этим человек стал меньше думать самостоятельно?
— В определённой степени — да. Телефоны, планшеты, интернет сделали информацию доступной каждому. Это большое преимущество. Но одновременно человек всё реже тренирует память, меньше размышляет и анализирует самостоятельно. Многие процессы стали автоматическими, и это уже отражается на мышлении.
— Вы много лет изучаете древние рукописи. Изменился ли сам подход к их исследованию?
— Безусловно. Я — арабист и хорошо помню, как мы раньше переводили рукописи. Мы пользовались словарями, сопоставляли тексты, искали исторический контекст. Сегодня многое выполняют современные технологии и искусственный интеллект. Это значительно ускоряет работу.
— Может ли искусственный интеллект стать полноценной заменой исследователю?
— Нет, и я в этом глубоко убеждён. Искусственный интеллект способен помочь с переводом, обработкой информации, поиском источников. Но он не способен почувствовать внутренний смысл текста. Он переводит слова, но не всегда передаёт их дух, культурный контекст и эмоциональную глубину.
— Значит, будущее науки — это союз человека и технологий?
— Именно так. Я считаю, что современные технологии должны быть помощниками учёного, а не его заменой. Пользоваться ими необходимо, но полностью доверять им нельзя. Когда речь идёт об истории, языке, культуре и духовном наследии, последнее слово всегда должно оставаться за человеком. Потому что только человек способен не просто прочитать текст, а понять его душу.
— Можно ли сказать, что язык — это не просто средство общения, а генетический код народа, в котором сохраняются его мировоззрение, философия и историческая память?
— Безусловно. Язык — это гораздо больше, чем средство общения. Он действительно является своеобразным генетическим кодом народа. Именно в языке сохраняются мировоззрение, философия, нравственные ценности и духовный опыт многих поколений.
У каждого народа есть свои великие мыслители, философы, поэты и писатели, которые передали потомкам душу своего народа через родной язык. Махтумкули Фраги писал на туркменском языке, Чингиз Айтматов — на кыргызском и русском, Абай Кунанбаев — на казахском, Алишер Навои — на староузбекском (чагатайском) языке.
Через их произведения передаётся не только красота слова, но и философия народа, его характер, образ мышления и отношение к жизни. Когда мы читаем Махтумкули, мы начинаем лучше понимать туркменский народ. Когда читаем Чынгыза Айтматова, перед нами раскрывается духовный мир кыргызского народа, его история, нравственные ценности и жизненная философия. Именно литература сохраняет и передаёт этот культурный код следующим поколениям.
— Чынгыз Айтматов говорил: «Человек начинается с памяти». Какую роль историческая память играет в сохранении цивилизации? И почему её утрата может оказаться опаснее любого экономического кризиса?
— Я полностью согласен с Чынгызом Айтматовым. Потеря исторической памяти и культурного наследия может привести к утрате самого народа. Именно память делает нас теми, кто мы есть, отличает один народ от другого, формирует нашу идентичность. Сегодня мы видим, как молодые люди всё чаще перенимают чужой образ жизни, чужие ценности, стремятся быть похожими на представителей других культур. Само по себе это не является проблемой, если при этом человек не теряет связь со своими корнями. Но когда вместе с этим исчезает интерес к собственной истории, языку и традициям, возникает реальная угроза утраты национального наследия, поэтому мы должны бережно относиться к своей истории и культуре. Человек, который знает своё прошлое, гораздо увереннее строит будущее. Технологии меняются, меняется одежда, образ жизни, но внутренние ценности, память поколений и духовное наследие должны оставаться с нами. Именно они сохраняют народ, несмотря на смену эпох.
— Насколько сегодня гуманитарная наука способна влиять на международные отношения? Может ли тюркология стать одним из инструментов народной дипломатии?
— Безусловно, может. К сожалению, на протяжении долгого времени существовал стереотип, что тюрки были исключительно кочевниками, не имели городов, не создавали науки и культуры. Но это совершенно не соответствует исторической действительности. Такие древние центры, как Мерв, Гургенч (Ургенч) и другие города Центральной Азии, были крупнейшими очагами науки и культуры. Именно здесь работали выдающиеся мыслители, развивались образование, дипломатия и государственное управление.
Важно понимать и другое. История тюрков — это не только история войн. До любого вооружённого конфликта всегда существовала дипломатия. Послы ездили друг к другу, велись переговоры, предпринимались попытки сохранить мир. Никто не стремился к войне.
— Восток традиционно воспринимается как источник мудрости. Что, на Ваш взгляд, современный мир мог бы заново открыть для себя в философии Востока?
—Для меня философия Востока — это прежде всего мудрость, сформировавшаяся ещё в Средневековье. И слово «Средневековье» вовсе не означает отсталость. Напротив, именно тогда закладывались основы многих наук и формировалась глубокая философская традиция. Главный урок Востока — умение слушать, терпеливо размышлять и принимать взвешенные решения. Мне кажется, сегодня эти качества особенно ярко сохранились в культурах Китая и Японии, но они всегда были присущи и народам Центральной Азии. Восточная мудрость учит сначала понять собеседника, а уже потом говорить самому. Именно поэтому дипломатия всегда должна предшествовать конфликту.
— Если бы у Вас появилась возможность изменить одну страницу системы образования государств, чему Вы научили бы детей прежде всего?
—Я убеждён, что детям необходимо с раннего возраста изучать собственную историю. Но делать это нужно постепенно и интересно. Сначала — через мультфильмы о героях тюркских народов, через сказания, легенды и образы богатырей. Затем — через доступные рассказы и исторические фильмы. А уже в старших классах — через серьёзные документальные материалы и научные источники. Мне очень близка мысль, которую высказал Ибн аль-Асир в своём знаменитом труде «Полная история» Он писал, что историю необходимо сохранять не для того, чтобы вспоминать прошлое, а для того, чтобы будущие поколения не повторяли прежних ошибок. Именно поэтому историю нужно знать.
— Как Вы понимаете выражение «служение науке»? Это профессия, призвание или особая ответственность перед будущими поколениями?
—Для меня служение науке — это долг. Я перевожу древние арабские рукописи и понимаю, что обязан сделать всё возможное, чтобы как можно больше наших соотечественников смогли познакомиться со своей собственной историей. Я никогда не воспринимал эту работу как путь к славе или признанию. Я мог работать в арабских компаниях, но я продолжаю путь ученого. Для меня важно другое— передать людям знания, которые долгие века были скрыты в рукописях. Я учился в Египте, знаю арабский язык и считаю своим долгом использовать эти знания на благо своего народа. Именно в этом я вижу настоящее служение науке.
— На протяжении веков именно культура помогала народам переживать войны, кризисы и распад великих империй. Можно ли сказать, что культура долговечнее любой политической системы?
— История это убедительно подтверждает. Исчезали великие государства — Сельджукиды, Хорезмшахи, Газневиды и многие другие. Но созданная ими культура продолжала жить. Правители строили дворцы, поддерживали поэтов, художников, учёных, создавали условия для развития искусства и науки. Государства уходили, а произведения литературы, архитектуры, музыки и философии оставались жить столетиями. Именно поэтому культура переживает политические системы. Она становится достоянием человечества.
— Если представить, что через сто лет потомки будут читать Ваши труды, какую главную мысль Вы хотели бы оставить им в наследство?
— Я хотел бы, чтобы они прежде всего понимали: ни один учёный не является абсолютной истиной. Человек неидеален. Возможно, где-то я ошибался, чего-то не увидел или не успел изучить. Я буду только рад, если будущие исследователи продолжат мою работу, исправят мои ошибки, дополнят мои исследования. Ведь наука существует именно для этого. У нас говорят: если ученик не превзошёл своего учителя, значит, знание перестало развиваться. Я полностью согласен с этой мудростью.
Во время поездки в Азербайджан я посетил могилу Зуя Буниятова, которого считаю одним из своих учителей. В его время многие рукописи ещё не были известны. Сегодня появляются новые источники, и завтра их станет ещё больше. Поэтому наука никогда не заканчивается. Я не хочу, чтобы мои труды воспринимались как последняя истина. Я хочу, чтобы мои ученики и коллеги пошли дальше меня. Это и есть настоящий смысл науки — передавать знания следующим поколениям, чтобы каждое новое поколение открывало больше предыдущего.
— Дорогой Какажан Бабаханович, благодарю Вас за этот глубокий и искренний разговор. Ваши размышления ещё раз доказали, что история — это не только прошлое, а фундамент будущего. Спасибо за Ваше служение науке, за преданность сохранению исторической памяти и духовного наследия тюркского мира.
— И Вам, дорогая Ассоль Абдыкалыевна, огромное спасибо. Ваши вопросы заставили меня не просто отвечать, а размышлять. Они позволили вновь обратиться к тем темам, о которых мы порой задумываемся слишком редко, несмотря на их огромное значение. Желаю, чтобы Ваш проект «Лидеры мира» и дальше объединял людей, сохраняющих память, культуру и духовные ценности наших народов.
