Авторская рубрика заслуженного деятеля культуры Кыргызской Республики, вице-президента Международной ассоциации народной дипломатии, вице-президента Международного Иссык-Кульского форума имени Чингиза Айтматова Ассоль Молдокматовой «Лидеры мира»
Есть люди, чья музыка становится больше, чем искусством. Она превращается в память времени, в дыхание эпохи, в внутренний голос нескольких поколений. Именно таким человеком был великий композитор Исаак Иосифович Шварц.
Мы познакомились в период моей работы над документальным фильмом о его жизни и творчестве. Уже тогда меня поразили его редкая интеллигентность, глубина размышлений и удивительная человеческая скромность. Несмотря на мировое признание, десятки легендарных фильмов и любовь миллионов зрителей, в нём совершенно не было ощущения собственной исключительности. Напротив — была редкая внутренняя тишина, мудрость и тонкое понимание человека.
Сегодня, спустя годы, я особенно ясно понимаю: Исаак Шварц принадлежал к тем художникам, которые создавали музыку не ради славы, а ради человеческой души. Его мелодии давно стали частью культурной памяти: «Ваше благородие, госпожа удача…», «Кавалергардов век недолог…», «Любовь и разлука», «Не обещайте деве юной» знают и чувствуют люди разных поколений. Он написал музыку к фильмам «Белое солнце пустыни», «Звезда пленительного счастья», «Станционный смотритель», «Соломенная шляпка», «Маленькие трагедии», «Мертвые души», «Сто дней после детства» и многим другим картинам, ставшим классикой.
Исаак Иосифович ушёл из жизни в Санкт-Петербурге на 87-м году, но есть люди, которые не уходят окончательно. Пока звучит их музыка — продолжается их разговор с миром.
—Исаак Иосифович, Ваша музыка словно хранит в себе память целой эпохи — человеческую боль, любовь, одиночество, надежду. Как Вы думаете, почему именно музыка способна говорить с душой человека глубже слов?
— Ассоль, из века в век укоренилось понимание того, что музыка рождается там, где заканчиваются слова. Есть чувства, которые невозможно объяснить логикой или текстом. Человек может молчать, скрывать свою боль, страх, любовь, но музыка всё равно раскрывает его внутренний мир. Мне всегда казалось, что настоящая музыка — это не развлечение и не набор красивых звуков. Это разговор человеческой души с вечностью. Именно поэтому одна мелодия способна вернуть человеку детство, память о матери, первую любовь или давно ушедшее ощущение счастья. Музыка проникает в самые глубокие слои человеческого сознания, потому что создаётся не умом, а сердцем. Вернее — тем самым «умом сердца», о котором говорил Толстой. И если композитор проживает свою музыку искренне, она продолжает жить даже тогда, когда самого человека уже нет. Музыка вообще удивительное явление — она не имеет национальности, границ и возраста. Настоящая мелодия всегда говорит напрямую с человеческой душой. Именно поэтому спустя десятилетия люди продолжают слушать Чайковского, Рахманинова, Шостаковича — потому что в их музыке есть живая человеческая правда. А правда никогда не стареет.
— Исаак Иосифович, сегодня мир становится всё более прагматичным и холодным. Как Вы считаете, способно ли искусство сохранить человечность в людях?
— Искусство всегда спасало человека от внутреннего опустошения. Пока существует настоящая музыка, литература, живопись — у человечества остаётся шанс не превратиться окончательно в механический мир потребления и суеты. Искусство напоминает человеку о сострадании, памяти, любви, совести. Оно возвращает нас к самим себе. Самое страшное начинается тогда, когда человек перестаёт чувствовать. Тогда постепенно умирает не только культура — начинает умирать душа.
— Исаак Иосифович, в искусстве нередко возникают споры о схожести мелодий, влиянии друг на друга, музыкальных перекличках. Как Вы сами относитесь к этому явлению?
— Ассоль, музыка живёт тысячелетиями, и невозможно существовать в искусстве абсолютно вне влияний, ассоциаций и внутренней памяти культуры. Любой талантливый композитор так или иначе восхищается великими мастерами прошлого, чувствует их интонации, настроение эпохи, дыхание мировой музыки. Но одно дело — механическое копирование, а другое — творческое переосмысление, внутренний диалог с искусством. Очень мудро сказал Анатоль Франс: «Подражание — это недостаточно преодолённое восхищение». В этой фразе заключена огромная правда. Настоящая музыка рождается не из желания повторить чужое, а из собственного внутреннего переживания красоты, боли, любви, времени. Именно поэтому подлинное искусство всегда имеет своё лицо и свою душу, даже если в нём слышны отголоски мировой культуры.
— Вы часто говорили, что музыка должна создаваться «умом сердца». Что Вы вкладываете в эти слова?
— Меня когда-то поразила одна мысль Толстого. Фет прислал ему стихотворение, а потом сказал, что написал его «умом сердца». И Толстой подхватил эту фразу, сказав, что настоящая поэзия должна рождаться именно так — сначала умом сердца, а уже потом умом ума. Я думаю, музыка живёт по тем же законам. Можно быть очень профессиональным, образованным, виртуозным композитором, но если в музыке нет живого человеческого чувства, она не останется жить. Музыка должна доходить до сердца через мысль и возбуждать мысль через сердце. Именно поэтому настоящие мелодии переживают время.
— Исаак Иосифович, в Вашей музыке всегда ощущается не только красота мелодии, но и глубокое внутреннее переживание — память, боль, человеческая хрупкость. Насколько судьба человека влияет на его творчество?
— Ассоль, человек никогда не создаёт искусство отдельно от собственной жизни. Всё пережитое — любовь, страх, утраты, детские воспоминания, потрясения времени — рано или поздно начинает звучать в музыке, даже если композитор этого не осознаёт. Моё детство пришлось на очень тяжёлую эпоху. Я родился на Украине, в бывшей Полтавской губернии. Моего дедушку раскулачили. Всё происходило ночью, как страшная сцена из трагедии: люди в красных косынках вспарывали саблями перины, переворачивали дом, искали золото, деньги. Для ребёнка такие картины навсегда остаются внутри. Потом был Ленинград, непростая жизнь, тревожное время. Но, несмотря ни на что, в нашем доме всегда звучала музыка. Приходили молодые музыканты, друзья сестры, будущие композиторы. И, наверное, именно тогда я впервые почувствовал, что музыка способна спасать человека внутренне. Страдание вообще удивительным образом влияет на людей: одного оно ломает и ожесточает, другого — делает глубже, тоньше, человечнее. Всё зависит от того, что происходит в душе человека. Мне кажется, настоящее искусство всегда рождается не из благополучия, а из внутренне пережитой жизни.
— Вы написали музыку к десяткам фильмов. Как рождались такие мелодии, как «Ваше благородие» или «Кавалергардов век недолог»?
— Я никогда не писал музыку отдельно от человеческой судьбы. Для меня было важно почувствовать внутреннее дыхание героя, его одиночество, тоску, любовь, страх, память. Музыка в кино не должна просто украшать кадр, она должна становиться частью человеческого состояния. Иногда музыка способна рассказать о человеке больше, чем текст или актёрская игра. Мне всегда хотелось не произвести впечатление, а дотронуться до души человека.
— Исаак Иосифович, слушая Вашу музыку, возникает ощущение, будто за каждой мелодией скрывается размышление о времени, судьбе и самом человеке. Для Вас музыка была способом понять жизнь?
— Музыка всегда была для меня гораздо больше, чем просто искусство звуков. Это попытка почувствовать и осмыслить человеческую жизнь во всей её хрупкости и глубине. В настоящей мелодии всегда живут память, время, судьба, любовь, утрата, одиночество, надежда. Именно поэтому искренняя музыка так сильно трогает человека — потому что она напоминает ему о нём самом. Мне кажется, человек всю жизнь пытается понять, зачем он пришёл в этот мир, почему так много боли, почему так быстротечно счастье, почему память иногда сильнее времени. И музыка способна говорить об этом гораздо глубже слов. Она не объясняет — она чувствует. А всё самое важное в жизни человек всегда чувствует сердцем.
— Сегодня слово «гений» употребляют слишком часто. Что Вы думаете об этом?
— У нас любят разбрасываться громкими словами. Но жизнь сама всё расставляет по местам. Настоящие гении рождаются редко. Мне очень нравился Шнитке — это был глубоко мыслящий, философский человек, поразительный мастер полистилистики и огромного интеллекта. Но даже в отношении выдающихся людей нужно сохранять внутреннюю скромность. Настоящий талант никогда не кричит о себе. Великие люди, как правило, очень деликатны внутренне.
— Что для Вас было самым главным в творчестве?
— Честность. Искусство невозможно обмануть. Можно ненадолго обмануть публику, создать шум вокруг имени, моду, ажиотаж, но время всё равно оставляет только настоящее. Я всегда старался писать только то, что действительно проживал сердцем. Потому что музыка — это разговор души с душой.
— Что Вы поняли о человеке спустя долгую жизнь?
— Человек намного ранимее, чем хочет казаться. Люди скрывают одиночество, страх, боль, разочарование за внешней силой и успехом. Но внутри почти каждый нуждается в любви и понимании. Наверное, поэтому музыка так важна — она напоминает человеку, что он не одинок в своих чувствах.
— Что бы Вы хотели оставить после себя людям?
— Ощущение человечности. Если после моей музыки человек вспомнил о матери, любви, юности, о ком-то дорогом, если его душа стала хоть немного мягче и теплее — значит, всё было не зря. Самое страшное — когда человек перестаёт чувствовать. Тогда начинает умирать не только искусство. Тогда начинает умирать душа.
— Вы хотели бы приехать в Кыргызстан? Уверена, наша страна, её горы, культура и особая атмосфера вдохновили бы Вас на новые музыкальные размышления и произведения.
— Кыргызстан — удивительная земля. Я много слышал о красоте Иссык-Куля, о величии природы и душевности вашего народа. Для композитора очень важно чувствовать энергетику места, а у вашей страны она особенная — глубокая, философская и очень музыкальная. Думаю, поездка в Кыргызстан стала бы для меня большим вдохновением.
— Благодарю Вас, Исаак Иосифович, за душевный разговор
— И вам, дорогая Ассоль, спасибо за ваш труд! Пройдут годы, а ваш труд будет напоминаем миру вашей глубины, харизмы, мощи!
Сегодня Исаака Шварца уже нет рядом с нами. Но его музыка продолжает жить в фильмах, концертных залах и сердцах миллионов людей. Есть композиторы, которые пишут музыку ко времени. А есть те, кто пишет музыку для вечности. Исаак Шварц был именно таким человеком.
